– Что ж, вскоре ему придется исправить это упущение и уделить мне очень много внимания, – заметил Джон. – Как бы там ни было, вы поступили правильно, не предупредив его об этом! Небольшой сюрприз пойдет Коуту на пользу. Из того, что нам известно, может следовать даже то, что они с Брином задумали какую-то хитрость против кузена Генри. Или… Но тут столько возможностей, что все и не перечесть!
– Вы снова шутите? – возмутилась Нелл. – Я вижу, вы сами не верите в то, что говорите!
– Пожалуй! Хотя, думаю, вы согласитесь с тем, что в наш скучный и прозаический век довольно неожиданно оказаться в гуще событий, предвещающих увлекательное приключение! Я потратил на поиски приключений бо́льшую часть своей жизни, так что можете представить себе мой восторг. Единственное, в чем я сомневаюсь, так это в том, что поступил правильно, став привратником. Похоже, это обстоятельство способно серьезно сковать свободу моих действий.
– Должна признаться, я до сих пор не понимаю, что на вас нашло и как вам это вообще могло прийти в голову! – откровенно заявила Нелл. – Я не нахожу ни единого объяснения подобной прихоти!
– О, это была не прихоть! – ответил Джон. – Увидев вас, я понял, что должен как-то обосновать свое дальнейшее пребывание в Кроуфорде, и эта возможность, казалось, сама свалилась мне в руки!
– К-капитан Стейпл! – ахнула мисс Сторневей.
– С другой стороны, – продолжал он, как будто не услышав ее реплики, – если я неожиданно снова стану самим собой, то превращусь в новый источник слухов, которые заставят насторожиться наших утонченных джентльменов. Нет, лучше уж оставить все как есть… во всяком случае, пока.
– Да, – неуверенно согласилась она, украдкой покосившись на него.
Он дернул вожжи, снова пуская лошадь рысью.
– И прежде всего я должен установить, что именно делает здесь Коут. Честно говоря, у меня нет даже предположений относительно того, что бы это могло быть! Если бы мы находились в Линкольншире или Сассексе, я бы заподозрил эту парочку в контрабанде, а также использовании вашего дома в качестве штаб-квартиры. Но это Дербишир, и до побережья не меньше шестидесяти, если не семидесяти миль, поэтому такой вариант исключен.
– Вы полагаете, они могли бы прятать бочонки с бренди в наших погребах? – рассмеялась она. – Или в одной из местных известняковых пещер?
– Отличная идея! – похвалил Джон девушку. – Но мое воображение отказывается рисовать караван грузовых лошадей, спокойно разгуливающий взад-вперед без того, чтобы на него кто-то не обратил внимания.
Они уже подъезжали к Кроуфорду, поэтому Джон вернул Нелл вожжи и хлыст, сказав:
– Мы привлечем меньше внимания, если вы будете управлять лошадью, а я сложу руки на груди, как конюх.
В данном случае эти предосторожности оказались излишними, поскольку единственными людьми, которые встретились им в деревне, были близорукая пожилая дама и мистер Сопворти. Причем мистер Сопворти, стоявший у двери «Синего кабана», казалось, внезапно вспомнил что-то, требующее его немедленного присутствия, и к тому моменту, как двуколка поравнялась с пабом, уже исчез внутри. Когда они подъехали к воротам на дороге, мисс Сторневей все еще ломала голову над тем, почему он ушел, не обменявшись с ней приветствием.
Капитан спрыгнул на землю, выгрузил покупки и уступил место Джозефу Лидду, который сообщил ему, что в его отсутствие никто из местных по дороге не проезжал. Стоило конюху усесться рядом с госпожой, капитан отворил ворота и мисс Сторневей медленно проехала мимо. Но отпустив ворота, Джон шагнул на дорогу и протянул ей руку. Она снова натянула вожжи, останавливая лошадь, и нерешительно вложила правую руку в его ладонь. Его пальцы сомкнулись на ее узкой кисти, и она робко и смущенно посмотрела ему в глаза. Он на мгновение задержал руку девушки в своей, отвечая на ее вопросительный взгляд легкой полуулыбкой.
– То, что я вам сказал, было очень даже серьезно, – сообщил мисс Сторневей капитан.
Затем он поцеловал ей руку и отпустил ее пальцы. Щеки Нелл порозовели, и она поспешила уехать.
Мистер Лидд, искоса с каменным лицом наблюдая за происходящим, наверное, еще две минуты сохранял молчание. Но когда двуколка, повернув, миновала дорогу, ведущую на пустоши, позволил себе негромко кашлянуть и заметить:
– Славный парень этот наш новый привратник, мисс. Я уж и не припомню, когда видел такие крепкие плечи. Да еще и джентльмен… даже если он
– Ты отлично знаешь, Джозеф, что никакой он не кузен, – спокойно ответила мисс Сторневей. – Он капитан гвардейских драгун… или, во всяком случае, был им, пока не уволился из армии.
– Капитан, говорите? – заинтересовался Джозеф. – Ну, меня это нисколько не удивляет. Джек и сам сказал мне, мисс, что он военный, и тогда я тоже не удивился, потому что по нему это сразу видно. Честно говоря, глядя на его повадки, я тут же заподозрил в нем офицера. Сразу видно, что он любит командовать и привык, чтобы ему подчинялись, более того, подчинялись без лишних разговоров и рассусоливаний!
