Плеча касаются теплые дрожащие пальцы, и он все же смотрит в глаза Сун Чану.
– Я верю, что сестра жива. И что она к нам вернется. Если не будут искать они, будем мы.
– Сун Чан…
– Что ты хочешь на день рождения? – резко переводит тему Сун Чан.
Цай Ян моргает, но решает не продолжать так неожиданно прервавшийся разговор. С А-Бэем он побеседует позже. Ему нужно дать успокоиться. И да, выплакаться. Он практически никогда не плачет при Цай Яне. Еще реже – разговаривает с ним вот так, не придерживаясь формального стиля речи, как всегда делает, если они не одни.
– Ты же знаешь, я не праздную дни рождения.
Сун Чан кивает.
– Тогда мы с А-Бэем сделаем сладкую тыкву с апельсинами на Хэллоуин.
Цай Ян кивает и улыбается. Да, Хэллоуин. Только не день рождения.
Рика Ячи уже больше получаса собирается перемолоть свежие кофейные зерна, которые доставили сегодня утром. Ей очень не хочется шуметь и вообще двигаться, так как взгляд ее неотрывно прикован к столику у окна, где сидят двое. Уже поздний вечер, через час кофейня закрывается, так что посетителей совсем немного, как и заказов, поэтому она может просто понаблюдать.
Рика Ячи никогда не видела мужчин красивее.
Они так похожи, но в то же время она бы ни за что не смогла их перепутать. Оба высокие, с благородной осанкой и аккуратными чертами лица. Где же таких делают, скажите на милость? Они так увлечены своим разговором, что Ячи спокойно рассматривает их, не опасаясь, что ее взгляд заметят. Хотя даже если заметят. Пусть.
Одного мужчину она уже видит не в первый раз. Он с полудня работает здесь, несмотря на воскресенье, и ни разу не попросил ничего, кроме кофе. В последний раз, принимая заказ, Ячи обеспокоенно поинтересовалась, не желает ли гость чего-нибудь еще, но он в ответ только покачал головой. Вчера же он вообще заплатил не только по своему счету, но и за Цай Яна. Наверное, он очень богат.
Конечно, он богат, думает Ячи, протирая для видимости и без того чистую чашку. Только посмотрите, как он одет. Строгие брюки, белая рубашка, дорогие часы на запястье. Нет, какой же он красивый! Волосы у лица короче, чем остальная часть, собранная в аккуратный недлинный хвост, а выпущенные пряди так эффектно ложатся на лоб и скулы. Когда он время от времени поднимает руку и поправляет их, убирая от лица, Ячи только вздыхает. Нельзя быть таким, это незаконно.
А его брат? Они же братья, сразу понятно! Когда он улыбается, а делает он это часто, в отличие от своего спутника, Ячи кажется, что она уронит эту злосчастную чашку. Он не так строго одет, но, черт, рубашки с закатанными рукавами на мужчинах с такими руками – это нечто.
Она сглатывает и все же выходит из-за стойки, чтобы уже в который раз спросить, не нужно ли гостям что-то еще. Девушка, сидящая в другом конце зала, машет ей рукой, подзывая, но Ячи только коротко улыбается ей и жестом обещает подойти через пару минут.
– А-Кай, думаю, здесь лучше будет смотреться дерево. А здесь нужна дополнительная экспертиза. Если очертания еще можно повторить с оригинала, то с оттенками сложно угадать. Боюсь, мы рискуем уже не восстановить точные цвета, – говорит мужчина, который часто улыбается. Даже сейчас на его лице заметная мягкая полуулыбка.
Ячи без понятия, о чем они говорят. Может, они художники?
– Вам принести еще что-нибудь, господа? – спрашивает она, заправляя прядь волос за ухо.
Старший из братьев – об этом Ячи догадалась по тому, как он обращается к своему спутнику, – смотрит на свой телефон и качает головой.
– Да, что-то уже поздно. А-Кай, не хочешь поужинать?
– Нет. Я через час планирую лечь спать.
– Ты весь день ничего не ел. Проект может подождать. Скажите, эм, – он бросает мимолетный взгляд на бейджик на груди Ячи, – Ячи-сан, наслышан о вашем блинном торте. Можно мне кусочек? Эй, не смотри на меня так, А-Кай, сладкое хорошо влияет на мыслительный процесс! – добавляет он и с улыбкой смотрит на брата.
Тот только медленно качает головой и возвращается к изучению чего-то на экране ноутбука, придвигая его поближе к себе.
Ячи несколько раз кивает и направляется к стойке, где за стеклом витрины выставлены пирожные, булочки и кусочки тортов. Она выбирает тот, который украшен свежей клубникой, и берет тарелочку с полки. Ох, она даже не спросила, не нужно ли им еще кофе. Или лучше предложить чай…
– Ячи-сан!
Она не успевает опомниться, как кто-то резко хватает ее за локоть. Ячи вскрикивает, вздрагивая всем телом. Тарелочка с тортом падает из ее руки и разлетается по паркету мелкими осколками.
