– Это правда? – Панси со злорадством и любопытством повернулась к Рею.
Гермиона тоже машинально подняла на него глаза.
– Поживем увидим, – с фальшивой бодростью ответил Мальсибер, и всем стало ясно, что это правда.
Гермиона вспомнила свой «разговор» с Ноттом у Забини, и его выдающиеся деяния в Хогвартсе, и искренне посочувствовала Эстель. Мисс Мальсибер не заслуживала такого благоверного. «Лучше уж Метка», – иронично подумала она, подняв глаза к потолку. Стоп. Гермиона перевела взгляд на крохотный балкончик, выходящий в зал, и прищурилась. Кот. Усатая морда просунулась между столбиками и что-то высматривала внизу. Гермионе захотелось немедленно призвать его заклятьем и вытрясти из него душу, если она у него вообще есть. А ведь думала сегодня применить разоблачающее заклятье, и почему не стала? Наверно, потому что почти уверилась, что сработает, и стало как-то не по себе.
Собственно, Гермиона долго не могла уловить, что именно ее беспокоит, скользит по краю сознания, но после того откровенничанья с котом ее то и дело посещало чувство, будто кто-то, кому знать не положено, выведал ее секреты. Поначалу она подумала, что Темный Лорд таки докопался до ее сознания. А потом, – она кисло усмехнулась – потом суп с котом. Гермиона прокрутила в голове историю «знакомства» и сочла ее странноватой. К тому же, побег Олливандера, судя по обрывкам разговоров, которые дошли до ее ушей, был спланирован заранее. И этот кот постоянно куда-то пропадал, хотя Гермиона очень сомневалась, что кошка способна самостоятельно отворить довольно массивную дверь ее комнаты.
И главное: ее папочка – мерзкий предатель! – знал, что у нее в комнате живет анимаг! Опять-таки, он странно повел себя при появлении кота, и в его присутствии еще тщательнее, чем обычно, подбирал слова. Гермиону охватила злость на волшебника, который знал ее секреты и жил в ее комнате (да еще и не всегда соизволял отвернуться, когда она переодевалась), на отца, не доверившего ей своей шпионской тайны, и на всех потенциальных сообщников этих двоих, которые тоже решили не полагаться на талант Гермионы к ментальной магии. Ведь как еще объяснить их скрытность? Только убежденностью в ее бездарности! И кто этот анимаг, Мордред его побери?! Хотя она, наверно, догадывается, нет, почти уверена – ведь Регулус Блэк еще тот чеширский кот.
Усатый шпион, тем временем, махнул лапой в белой перчатке, и мгновением позже пропал. Гермиона заметила Нарциссу Малфой; на нее было невозможно не обратить внимания: высокая, прямая, белокурая, в серебристом платье – Снежная Королева. Она направлялась к выходу, из чего следовал один логичный вывод – все-таки Регулус Блэк анимаг. В первое мгновение Гермиона почувствовала чуть ли не ревность: с Нарциссой, значит, увидеться – пожалуйста, а с ней нет, хотя он же своими острыми ушами слышал, как она почти в любви ему признавалась! В следующее мгновение Гермиона напомнила себе, что все считают ее бездарностью, поэтому не посвящают в свои секреты. И, ладно уж, наверно, без серьезной причины Регулус не стал бы рисковать встречаться с Нарциссой. Значит, у него к ней серьезный разговор, и то, что Макнейр поплелся вслед за ней – очень нехорошо. Гермиона моргнула. Макнейр точно шел за Нарциссой, глаз с ее спины не сводил.
Она отыскала взглядом отца, но тот, кажется, ничего не заметил. Они с Эйлин стояли в стороне, и Северус, судя по отсутствующему взгляду, размышлял о чем-то своем. Макнейр был уже в двух шагах от двери. Гермиона поспешила за ним. Она вышла в коридор минутой позже Макнейра, но никого не обнаружила. Так быстро скрыться тут можно было только в одном направлении – вверх по лестнице, круто уходящей за поворот. Гермиона начала медленно подниматься по ступеням. Она вдруг очень ярко представила себе, что может увидеть там совсем не то, что ожидает. Например, если окажется, что лорд Макнейр – любовник леди Малфой. Ситуация получится крайне щекотливая. И вообще, без одобрения Северуса она уже не решалась и шагу ступить – тут же одолевали сомнения, а не совершит ли она очередной промах?
До ее слуха вдруг донеслись странные звуки, которые просто не могли раздаваться в замке. Потому что откуда здесь взяться топоту конских копыт? Но звук, чем бы он ни был на самом деле, напоминал именно топот конских копыт. Гермиона повернулась как раз в тот момент, когда мимо пронесся… конь? Она быстро вернулась в коридор, но он был совершенно пуст. Топот копыт исчез, как и сам конь. И, кажется, у этого неожиданного гостя из ноздрей валил дым, будто он был огнедышащим драконом. Понадеявшись, что это всего лишь необычный призрак, Гермиона бросилась в зал предупредить отца. Распахнув дверь, она оторопела.
Зал был совершенно пуст.
***
