– Интересно, на что? – сухо осведомился лорд Мальсибер.
– На деньги? – невозмутимо предложил ему Регулус.
– Так-так-так! – раздалось позади.
Гермиона оглянулась: к ним, сверкая белоснежной улыбкой, спешил Сириус, в каждой руке по мечу. Длинные волосы он собрал в хвост.
– Всем доброе утро! – бодро выкрикнул он, останавливаясь рядом, и отдельно кивнул брату: – И тебе, Робин Гуд.
Регулус мгновенно отвернулся, усердно разглядывая виды.
– Я не собираюсь с тобой фехтовать, – предупредил он. – Можешь дразниться сколько угодно и как угодно, но я не самоубийца: биться с человеком, у которого плечи в два раза шире, чем у меня. Мы с тобой из разных весовых категорий, – и, помолчав, добавил: – Братец Джон.
Сириус недовольно фыркнул, напомнив свою анимагическую форму, и взгрустнул. Но уже в следующий миг оживился, придирчиво осмотрел оставшихся, и бросил один из мечей под ноги Макнейру. Уолден посмотрел на меч, затем на Сириуса.
– Блэк, тебе жить надоело? – как бы между прочим поинтересовался он. – Или шило где-то натирает?
– Испугался, сыкун? – дерзко ответствовал Сириус, закатывая рукава темно-синего свитера.
Уолден хмыкнул, чтобы не засмеяться.
– Горбатого могила исправит, – с мрачным видом пробормотал себе под нос лорд Мальсибер: Сириус явно не вызывал у него положительных эмоций.
Макнейр поморщился.
– Не хочу, чтобы твоя прекрасная леди осталась вдовой, – лениво ответил он и покосился на окна замка.
– Если что, Нарцисса меня исцелит, – отмахнулся Сириус. – Моя кузина ведь круче тебя, так что…
– Ага, – Макнейр носком ботинка поддел меч и перехватил правой рукой, указав острием на Сириуса. – А исцелять отрубленные головы Принцесса на горошине умеет?
– Ты сначала попробуй отрубить.
Они закинули мечи на плечи и направились прочь. Лорд Мальсибер, что-то пробубнив под нос, двинулся следом. Гермиона уходить не спешила: не оставлять же Регулуса с выдрой Паркинсон.
– Зрелище должно быть любопытное, – сказал Регулус. – Мисс Паркинсон, советую не пропускать. Вы, наверно, еще не бывали на настоящих турнирах, и кто знает, когда теперь побываете?
По лицу Панси проскользнула тень недовольства – она поняла, что Регулус спроваживает ее. Выдавив вежливую улыбочку, она повернулась к Гермионе:
– Мисс Снейп, вы идете?
Вот же неугомонная! Гермиона ответила ей не менее вежливой улыбочкой:
– Я догоню, мисс Паркинсон.
Панси, судя по виду, чуть не лопнула от злости. Гермиона и Регулус дружно уставились на нее, давая понять, что ей пора идти.
– Что ж, мистер Блэк, положусь на ваше мнение, – приторным голоском произнесла она и, не взглянув на Гермиону, наконец оставила их.
Регулус дождался, пока она не сможет его слышать, и, закатив глаза, сказал Гермионе:
– Приставучая, как банный лист.
– Ты ей понравился, – не удержалась от констатации очевидного она.
– О, – Регулус самодовольно ухмыльнулся и изогнул бровь. – Мисс Снейп, вы ревнуете? – прозвучало скорее как утверждение, чем как вопрос.
– Нет, – с наигранным спокойствием возразила она.
– Я так и подумал, – продолжал сиять Блэк.
– Может, совсем немного, – поморщившись, признала Гермиона.
Он покачал головой, все еще улыбаясь, и, кажется, удивился, что она так просто призналась.
– Подержи-ка, – он протянул ей лук.
Гермиона осторожно взяла лук в руки и, пока Регулус заново накладывал на пальцы согревающие чары, попробовала натянуть тетиву. Ей удалось натянуть приблизительно до половины: если бы она не знала, что это не предел, решила бы, что тетива коротковата – сколько ни старалась, больше не смогла согнуть лук и на полдюйма. И это притом, что держала лук криво, а не как положено. Регулус с чисто мужской снисходительностью наблюдал за ее потугами.
– Думала попробовать выстрелить, – смущенно улыбнулась она. – Но, кажется, этот вид спорта не для меня. Впрочем, как и все остальные.
Регулус вытянул из колчана стрелу.
– Посмотрим, что можно сделать, – сказал он, и не успела Гермиона опомниться, как он шагнул ближе, встал позади нее и накрыл левой рукой ее ладонь с крепко стиснутыми на луке пальцами.
– Накладываешь стрелу вот так, – он как-то умудрился переплести их пальцы и натянул тетиву. – Указательный палец левой руки используется как опора для стрелы.
Гермиона очень сомневалась, что таким образом удастся хорошо выстрелить, но и не думала протестовать: получались почти объятия, а его теплое дыхание щекотало щеку. Его объяснения благополучно прошли мимо ее ушей.
– Теперь прицеливаемся, – протянул Регулус, прижавшись щекой к ее щеке: Гермиона попыталась наклонить голову, чтобы ему было хоть что-то видно, в результате лук накренился, и спущенная стрела попала в самый край мишени.
– Отличный выстрел, – объявил Регулус и, на мгновение приобняв ее за талию, поцеловал в щеку.
Гермиона повернулась к нему.
– Ты же не поступаешь неправильно дважды, – напомнила она.
Он лукаво улыбнулся, наклонился к ней и, заговорщически понизив голос, сообщил:
– Иногда я пересматриваю свой перечень неправильных поступков.
