Они посмотрели друг другу в глаза, короткое мгновение безмолвного диалога, и Сириус кивнул. Нарцисса всегда завидовала парам, которые умели без слов говорить друг с другом. Казалось, будто их всегда связывает неимоверно тонкая, невидимая глазу, но бесконечно крепкая ниточка. В детстве, глядя на такие взгляды родителей, Нарцисса была убеждена, что у нее все будет точно так же, что по-другому и быть не может, когда выходишь замуж. Оказалось, бывает еще и не так.
Внезапно Сириусу на плечо села сова с привязанным к лапе письмом.
– От кого бы это? – он отвязал письмо и сделал круглые глаза. – Вы только полюбуйтесь, герб Лестрейнджей!
Нарцисса вся похолодела и окинула взглядом пустое небо. Сириус проверил письмо на предмет Темных чар, развернул и принялся читать вслух:
– Здравствуйте, кузены, сестры и остальное отребье, – он хохотнул. – Белла в своем репертуаре. «Поговорка, что дуракам везет, еще раз подтвердилась. Нам известно, что вы выкрали деталь Надзора. Но не думаете же вы, что мы не найдем способ приструнить вас? Спешу сообщить, что, раз мы временно не в состоянии обнаружить вас, то пойдем по другому пути. Преступление всегда должно быть наказано, но, когда твои оппоненты – благородные бестолочи, не обязательно наказывать виновных. Ваша выходка будет стоить жизней двадцати ни в чем неповинных и горячо любимых вашей шайкой маглорожденных и полукровок. Для начала. Впредь, во избежание новых жертв, не вздумайте предпринимать никаких опрометчивых поступков. Подумайте о невинных жертвах, которых мы будем убивать в Косом переулке в назидание всем непокорным. Не вынуждайте нас идти на радикальные меры. Сдайтесь. Беллатриса Лестрейндж.»
Сириус свернул послание. Повисло молчание. Все поняли главную мысль письма: если они не сдадутся, такие убийства войдут у Пожирателей в традицию.
– Мы должны… – начал Сириус.
– Именно этого они и ожидают, – прервала его Талия. – Что мы явимся в Косой переулок спасать маглорожденных.
– Нельзя этого делать, – сказал Мальсибер. – Для нас они вызовут Темного Лорда. И это точно будет конец.
Сириус смял послание, глядя в землю перед собой.
– И мы будем просто сидеть здесь, – сквозь зубы процедил он.
– Нет, что ты, мы пойдем и все погибнем! – вспыхнул Мальсибер. – Ситуация в высшей степени неприятная, но мы не можем подставиться, пока Поттер не будет готов встретить Темного Лорда и победить! Сразиться с Пожирателями мы можем только один решающий раз! И все! Смысл этого письма в том, чтобы нас выманить и разобраться с нами раз и навсегда! Идет война, и каждый должен научиться выживать или умереть, и всем мы помочь не можем!
Сириус прорычал сквозь зубы:
– Я не трус…
– Стратегия не имеет ничего общего с трусостью, – вдруг отозвался Уолден. – Мы сейчас составляем ядро сопротивления. Не станет нас – и все, Темный Лорд победил. Как говорится, окончательно и бесповоротно. И настанет его эра, о которой он так мечтает. К тому же, у маглорожденных отобрали волшебные палочки, и Стоунхендж питается за их счет. Уверен, они выберут тех, кто и так уже не жилец. Сложнее сказать, почему Белла приплела туда полукровок, – он на секунду задумался. – Если только…
– Тех полукровок, у которых кто-то из родителей магл, совсем не волшебник! – подхватила Нарцисса, одновременно с ним придя к тому же выводу.
Уолден согласно кивнул.
– Но хоть что-то мы должны сделать! – вспылил Сириус.
– Ты как маленький, честное слово. Смотришь на мир сквозь розовые очки, – бросил Мальсибер и подался прочь.
– Главное, что не через жопу тролля, как ты! – крикнул ему вдогонку Сириус, но флегматичный Мальсибер не удостоил его ответом.
Что-то в словах Кристиана заставило Нарциссу ощутить, будто она упустила важный момент. Как он сказал? Маленький… не то… розовые очки… розовое… Вот оно! Нарциссу затрясло от волнения.
– Амбридж! – торжествующе воскликнула она. – Чиновница из Министерства, которая заведует Комиссией по учету магловских выродков! – Нарцисса посмотрела на Макнейра. – Она знает имена всех маглорожденных, и адреса тоже. Нам нужно всего лишь…
– … заглянуть в ее память, – закончил он.
– Да, – улыбнулась Нарцисса. – Мы недавно приглашали ее на воскресный обед, Люциус налаживал какие-то связи, в общем, неважно. Она тогда говорила, что перебралась в Годрикову впадину, в старый дом Дамблдоров: ей нравится, видите ли, жить в месте, где «творилась история». Я это точно запомнила, еще подумала, что она ненормальная.
