У Гермионы перехватило дыхание, и она только сильнее сжала губы, когда он попытался поцеловать ее. Однако Регулус не собирался так просто отступать. Он слегка отстранился, стараясь заглянуть ей в глаза, но Гермиона упрямо смотрела куда-то вниз, надеясь, что он все-таки оставит ее в покое. Тогда он едва ощутимо коснулся губами ее губ. И еще раз, и еще, словно ее губы были обжигающе горячими, и коснуться их можно было всего на долю секунды, но не касаться было выше его сил. Противиться дальше было просто невозможно, и Гермиона покорно разомкнула губы. Он прижал прохладные ладони к ее щекам и целовал медленно и сосредоточенно, будто ничего важнее не было на свете. Его губы были мягкими, с привкусом крепкого кофе, и Гермионе подумалось, что это теперь ее любимый вкус. Она отвечала на поцелуй робко, чувствуя, что ей не хватает воздуха от волнения. Неужели это происходит на самом деле? И так странно, они знакомы всего ничего, но ей хотелось, чтобы этот поцелуй длился вечно, а мир пусть летит в тартарары, ей все равно. Ничего больше не имело значения. Она, кажется, всю свою короткую жизнь прожила ради этого поцелуя.
А потом они какое-то время стояли молча, глядя друг другу в глаза. У Гермионы кружилась голова, и она даже не могла прочесть выражение его глаз, даже и не пыталась этого сделать. Она еще витала где-то высоко-высоко, а он держал ее лицо в ладонях и внимательно вглядывался в ее черты.
– Ты зачем меня поцеловал? – помимо воли вопрос прозвучал враждебно.
– А ты зачем ответила на мой поцелуй? – улыбнулся Регулус.
Гермиона отстранилась и скрестила руки на груди.
– У нас, наверно, были разные мотивы, – почти оскорблено поведала она, стараясь смотреть на что угодно, только не на него.
Регулус сунул руки в карманы брюк и пожал плечами.
– Мне просто захотелось тебя поцеловать, и я подумал, когда еще представится удобный случай? – сказал он. – А ты что думаешь по этому поводу?
– Думаю, что тебе скучно стало без женского общества! – сварливо отозвалась Гермиона.
– Нет, – поморщился Регулус. – Это как раз был тщательно взвешенный поступок.
Гермиона с недоверием уставилась на него. Он помолчал, тепло улыбаясь, а потом вдруг посерьезнел.
– Только это все равно… – начал он с особенным выражением лица, которое Гермиона уже однажды видела.
«Неправильно», – догадалась она.
– … неправильно, – закончил Блэк. – И я не должен был тебя целовать.
Гермиона опешила.
– Но поцеловал же!
– Я редко делаю то, что правильно, – самодовольно надулся он, но тут же вернулся к серьезному тону. – Но такое больше не повторится. Я поступаю плохо только один раз.
В голове Гермионы пронеслось много нелестных эпитетов в его адрес. Вот ведь хлыщ самодовольный.
– Ну… а мое мнение не учитывается? – воинственно осведомилась она.
Регулус искоса взглянул на нее.
– Разве тебя не беспокоит, что я старше тебя то ли на два года, то ли на восемнадцать? – полюбопытствовал он. – Это более чем странно.
– Не беспокоит, – мрачно ответила Гермиона, недоумевая, зачем тогда было лезть целоваться.
– Думаю, Северус не разделит твою точку зрения, – ухмыльнулся Регулус. – Да и вообще, чистокровные маги более чем консервативны, им незнакомо понятие «встречаться». Точнее, «встречаться» можно только с теми, с кем помолвлены.
– Как для человека, который никогда ни с кем не встречался, ты подозрительно хорошо целуешься, – заметила Гермиона.
– Кто сказал, что не встречался? – беззаботно возразил Регулус. – Я не встречался с девушками своего круга, а не с девушками вообще, – он предупреждающе поднял руку. – Только не задавай вопросов, не хочу окончательно пасть в твоих глазах.
– Вот как, – задумчиво протянула Гермиона, впервые задумавшись над тем, что чистокровные девушки совершенно бесправные существа.
Она прекрасно поняла, что он имел в виду. Значит, чистокровные парни могут гулять направо и налево до женитьбы, а девушки должны сидеть взаперти в высокой-высокой башне и ждать принца на белом коне. Как интересно получается.
Она повернулась и медленно направилась к замку. Регулус обогнал ее и зашагал спиной вперед.
– Если тебя это утешит, – с виноватым видом сказал он, – то я не самая подходящая партия для единственной наследницы лорда Снейпа. Я ведь младший из братьев, хоть и из рода Блэк. И Северус нас с Сириусом одинаково терпеть не может.
– Я не прошу звать меня замуж, – раздраженно прервала его Гермиона.
Дурацкий разговор. Ей казалось глупостью думать о браке в шестнадцать лет. В этой войне есть только один положительный, если можно так выразиться, момент – у Северуса есть проблемы поважнее, чем замужество дочери. Гермиона попыталась вспомнить, кого там Стелла называла среди возможных претендентов на ее руку, но это начисто вылетело из ее головы. Что ж, Малфой уже помолвлен – хоть это радует.
– А я бы позвал, – неожиданно заявил Регулус. – Я еще не встречал среди чистокровных волшебниц таких очаровательных девушек.
Гермиона покраснела, не зная, что и ответить. Но, очевидно, для парня, воспитанного в традициях чистокровных, эти слова вовсе не звучали дико. Регулус лукаво ухмыльнулся.
