— Вы не возражаете... если я открою его при вас? — спросила Ли, на ее ресницах блестели слезы.
— Нет, мэм. Это будет честью.
Сидевший рядом Гриффин излучал молчаливую силу и поддержку. Он положил руку на колено Кенне, и она слабо улыбнулась ему.
И Ли не на шутку расплакалась, читая отправленное Джорджией письмо, а потом смотрела на каждый из маленьких сувениров, которые составляли ее прощание. Музыка ветра, сделанная из красиво сотканного миниатюрного красно-черного афганского ковра — колокольчики свисали снизу на бисерных цепочках разной длины. Пакетик луковиц тюльпана — национального цветка страны, и Ли сказала, что это ее любимые цветы. И наконец большой сложенный кусок традиционной афганской ткани красно-черно-золотого цвета. Вещи, которые Ли может слышать, видеть и носить на память о своей дочери.
Даже у Гриффина глаза не остались сухими.
— Спасибо, — сказала Ли. — Это так много значит для меня. Спасибо, Кенна.
— Простите, что долго ждала, — попросила она.
— Не извиняйся, — покачала головой Ли. — Если бы ты приехала сразу после... Я так злилась и была погружена в собственное горе. Не знаю, смогла бы я смотреть на эти вещи и увидеть их настоящую ценность. Части Джорджии. И ты дала мне их.
Снова заплакав, Кенна несколько долгих минут обнимала Ли. Было так хорошо наконец-то сделать все правильно.
— Вы останетесь пообедать со мной? — спросила Ли.
Конечно, они остались. И Кенна была очень рада. Потому что Ли достала фотоальбомы и разделила с ней жизнь Джорджии: те части, о которых она знала, и гораздо больше тех, о которых не знала. В ее коллекции были и фото Кенны с Джорджией, снимки, которые Джорджия отправляла обычной почтой и по электронке.
— Посмотри на себя в форме, Кенна. Потрясающе, — сказал Гриффин, глядя на нее с любовью. На самом деле никто не выглядит потрясающе в боевой униформе со всей амуницией, но она все равно оценила проявление чувств. Что более важно, она была так рада, что он рядом, потому что никогда не могла бы выразить словами, какой невероятной была встреча с Ли.
Прежде чем они наконец ушли, Ли заставила их обменяться всеми контактами и пообещать держать связь. Она отправляла Кенну с конвертом, набитым фотографиями, и сердцем настолько полным, что оно просто могло разорваться.
Той ночью, лежа в объятиях Гриффина и окруженная его любовью, Кенна спала как ребенок. Никакой тревоги, ни фантомной боли и никаких кошмаров.
Глава 14
Демонстрация должна была вот-вот начаться, и Кенна нервничала. По-хорошему нервничала, ее переполняли восторг, предвкушение и неугомонная энергия.
Стоя в маленькой комнатке рядом со сценой, которая когда-то была церковным алтарем, они с Мастером Гриффином ждали объявления о начале. Затем она последует за ним.
— Ты будешь великолепна, — улыбнулся ей Гриффин.
Кенна широко улыбнулась.
— Да, сэр. Но тогда почему вы тоже нервничаете?
И он действительно нервничал. Немного. Но заметно по тому, как не мог устоять на месте и выглядывал сквозь занавес. Обычно Мастер Гриффин был весьма невозмутим. Но не в этот раз.
— Я не нервничаю, маленькая. Просто взбудоражен. Потому что мы с тобой устроим блестящую демонстрацию, и я с гордостью покажу тебя, — сказал он. На нем были только поношенные черные кожаные штаны — штаны, которые уже возбуждали ее тем, как хорошо сидели на его заднице, как облегали его полувозбужденный член, и тем, что он не стал застегивать верхнюю пуговицу.
Это сводило ее с ума.
Пора. Объявление эхом разнеслось по системе громкой связи, и гул голосов дал понять, что собралась толпа.
— Готова? — спросил Гриффин.
— Да, сэр, — уверенно ответила Кенна. Потому что она сможет. Сможет заставить его гордиться. Она знала, что сможет. И подчинение ему ощущалось правильным и верным. Впервые за долгое время Кенна больше не чувствовала себя фальшивкой.
Под тихие аплодисменты они вышли на возвышение. Как они и договаривались, Кенна грациозно опустилась на колени лицом к зрителям, бедра раздвинуты, ладони вверх, спина прямая, голова опущена. Она терпеливо ждала, зная, что Гриффин готовит веревки для нее. После того как она раз за разом рассматривала сделанные им тренировочные фото, она с нетерпением ждала, когда он воссоздаст свой бандаж и продемонстрирует его в их маленьком уголке мира.
Перед ее глазами появились его ступни, и Кенна глубоко вздохнула. Вот оно.
Он накинул шелковую веревку ей на плечи и протянул руку.
— Встань.
Она нахмурилась, но подчинилась. Этого не было в планах. Может, он в последнюю минуту решил изменить позу? Но к чему тогда веревка?
Кенна подняла голову и увидела, что глаза Мастера Гриффина блестят и он что-то держит в руке.
* * *
Гриффин уже много недель знал, что Кенна создана для него. Черт, много лет. И после всего, что они разделили в четверг, это никогда не было яснее. Так что, когда в пятницу днем она ушла, он поехал прямиком в лучший из известных ему ювелирных магазинов и купил две вещи. И это отчасти заставило его осознать, что его место во Флориде, рядом с Кенной.
Так же, как ее место рядом с ним.
Навсегда.
Когда Кенна встала, он показал на халат и тихо сказал:
