— Накинь это, маленькая.
Она подчинилась.
И тогда он опустился на одно колено.
Гриффин едва услышал, как ахнули зрители, потому что был сосредоточен только на Кенне — на радости, осветившей ее прекрасное лицо, и любви в ее широко открытых серых глазах.
— Кенна Слоан, ты выйдешь за меня замуж? Я любил тебя так долго, что ты стала частью меня, и я больше ни одного дня не хочу идти по жизни, не зная, что ты моя, а я твой. Я хочу не просто сабмиссива — хотя и это тоже, — я хочу партнера, лучшего друга, спутницу, наперсницу и жену. Короче говоря, я хочу тебя, детка. Окажешь ли ты мне честь стать всем этим?
Сердце колотилось у него в груди, пока слова шли глубоко из души, потому что это были самые важные слова, которые он когда-либо говорил.
Слезы счастья заструились по лицу Кенны, и она упала на колени прямо перед ним.
— О, Гриффин. Я так тебя люблю. И безумно счастлива сказать «да», — ответила она. Вокруг зазвучали поздравления и аплодисменты, и сердце Гриффина стало таким полным, что он не был уверен, как оно осталось в груди.
— Черт, Кенна, — сказал он и дрожащей рукой надел кольцо ей на палец. — То, что я снова нашел тебя, — самая большая удача в моей жизни.
Он крепко обнял ее и подарил поцелуй, на который она с жадностью ответила.
Вторая его покупка в ювелирном магазине? Это подождет, пока они останутся наедине. Потому что Гриффин не хотел делить ни с кем первое надевание ошейника на свою невесту — это будет принадлежать только им.
И, черт, он был так готов ко всему этому. К хорошему и плохому, к радостям и горестям. Пока они вместе, они справятся со всем, что подбросит им жизнь. В этом Гриффин был уверен.
Когда они оторвались друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, Кенна улыбалась и плакала.
— И для меня большая удача, Гриффин. И для меня.
Прозвучало объявление о том, что начало демонстрации задерживается, на что зрители дружно рассмеялись, а затем Гриффин проводил Кенну в маленькую комнату ожидания для следующего поцелуя.
Начали заходить друзья с поздравлениями: Кайлер и Мия, Куинтон, Лео, Джонатан, Круз и остальные. Словно семья.
— Гриффин, я так счастлива, — прошептала ему Кенна.
Он не удержался и снова поцеловал ее.
— Я тоже, Кенна. Ты как сбывшаяся мечта.
Наконец друзья вышли, и они опять остались вдвоем.
— Ты еще хочешь это сделать? — спросил Гриффин. — Можем перенести на другой день. Никто не станет возражать. Учитывая шампанское, которое уже, наверное, льется рекой.
Но он видел ответ в ее глазах. Его крутой боец.
— Да, сэр. Зеленый.
Он притянул ее к себе.
— Готова быть привязана ко мне?
— Да, Гриффин. Сделай меня своей. Привяжи меня к себе всеми способами, какими умеешь, — сказала она, глядя на него с безграничной любовью.
Он кивнул, в теле снова разгорелись голод и желание.
— Тогда вперед, детка. Выходи и вставай на колени. Давай покажем им, что у нас есть.
КОНЕЦ
