Группа разведчиков, возглавляемая четаржем Небеляком, вышла 6 октября в 2 часа ночи. До пограничного столба на Дуклинском перевале оставалось около двух километров. Расстояние небольшое, но пройти в сплошной темени два километра, когда в любой момент можно подорваться на мине, не так легко. Разведчики шли осторожно. Миновали вражеские дзоты, которые, к счастью, оказались заброшенными. И вдруг в стороне раздались выстрелы. Разведчики залегли. Фашистский автоматчик продолжал строчить, но все обошлось благополучно. Только одна пуля раздробила древко Государственного флага Чехословацкой Республики, который разведчики несли с собой.
Рассвело. В мутной серой мгле справа виднелось асфальтированное шоссе, а впереди, у проселочной дороги,— полосатый пограничный столб. Сердца воинов учащенно забились: за столбом начиналась родина.
Разведчики внимательно осмотрели окружающую местность. Как бы не напороться на мину, когда до родной земли осталось всего несколько шагов. Совсем недавно гитлеровцы установили на дороге множество мин. Воины сразу же обратили внимание на холмики свежевырытой земли и поняли, что это мины, целое минное поле. Благополучно миновав его, разведчики вступили на землю Чехословацкой Республики. Затем послали к четаржу Хмелику и командиру роты Билею связного с донесением, в котором докладывали, что в 6.00 вышли к государственной границе и продвигаются по территории Чехословацкой Республики.
Несколько позже к границе вышли и другие разведывательные группы.
Радостный, долгожданный день наступил.
Преодолев сопротивление отдельных групп, оставленных противником для обороны Дуклинского перевала и прикрытия отхода своих войск, части 1-го Чехословацкого армейского корпуса около 8 часов пересекли чехословацкую государственную границу и перешли к преследованию отступающего противника. К полудню того же дня была освобождена первая словацкая деревня — Вышний Комарник, а вскоре и Нижний Комарник.
Ворота в Чехословакию были открыты. Советские войска, а вместе с ними наш армейский корпус принесли через Дуклинский перевал желанную свободу чехословацкому народу.
Это знаменательное событие произошло 6 октября 1944 года.
Я подошел к тому месту, где рядом с пограничным столбом развевался чехословацкий Государственный флаг... Все бойцы и офицеры чувствовали себя в этот момент самыми счастливыми людьми в мире. Мы с гордостью наблюдали за войсками, проходящими через нашу границу. Они шагали так легко и бодро, как будто это не они целый месяц вели труднейшие бои в поросших лесами Карпатских горах. С какой гордостью и радостью отдавали они сейчас честь Государственному флагу Чехословацкой Республики.
Мы гордились теми, кто ушел вперед и в нескольких километрах от границы выбивал гитлеровцев с территории нашей страны. Вспоминали тех, кто не дожил до этой счастливой минуты. И все мы чувствовали и чувствуем ныне безмерную признательность к советскому народу, советским воинам, без чьей помощи нам не удалось бы вернуться на родную землю.
Я подошел к Государственному флагу и поцеловал его. Меня охватило невыразимое чувство глубокого счастья. Об этом дне я мечтал и ждал его долгие годы.
...Карпатско-Дуклинская операция для чехословацких воинских частей, сформированных в СССР, явилась вершиной их боевого пути. В этой операции все силы и опыт наших воинов подверглись тяжелому испытанию, в ней блестяще проявились высокие боевые качества чехословацких солдат и офицеров. Своим высоким моральным духом, упорством и настойчивостью, самоотверженностью и боевым мастерством они победили жестокого и коварного врага.
Март тысяча девятьсот тридцать девятого года не предвещал ранней весны. На Ужанской Верховине еще свирепствовали зимние холода. Долго держались они и в моем родном селе Волосянке. Люди с тревогой вслушивались в какую-то зловещую тишину, напоминавшую затишье перед бурей.
В ночь на 15 марта село пробудилось от гула моторов. Это на небольших танкетках в Волосянку ворвались хортисты. Они переименовали Волосянку в «Хойодж» и взялись за наведение на Верховине «нового порядка» по гитлеровскому образцу, жестоко расправляясь с демократически настроенными людьми, и в первую очередь с коммунистами. В этом фашистам активно помогали униатский поп Юлий Данкулинец и сельский вожак профашистской куртяковской партии подкулачник Николай Цап.
В Волосянке, как и во всем Закарпатье, начались черные дни фашистского порабощения, террора, преследований. Поэтому многие мои земляки стали убегать в СССР. Сбылись и мои сокровенные мечты: я у братьев.
