Короче, продолжал Володя свое обучение медицинскому делу, но несколько в другом формате. Проходил специальную военно-медицинскую подготовку чтобы стать лицом младшего медицинского состава военно-медицинской службы. Во как. А тут так и говорили. Здесь свой язык. Это вам не гражданка.
Санитарного инструктора из Вовы готовили. Кто это? Не знаете? Весьма большой человек. ВУС — 878659 А. Сержантская должность. В военное время санинструктор организует медицинское обеспечение своего подразделения. Это может быть рота или батарея. Для этого ему придают выделенных из числа солдат боевых санитаров. То есть — санинструктор, маленький, но начальник. Умные бойцы его берегут — от санинструктора жизнь их зависит, госпиталь то где-то далеко, а он тут, рядом.
Санинструктор совместно с санитарами обеспечивает розыск, вынос и вывоз пострадавших с поля боя, принимает меры для их эвакуации.
Он также выявляет больных военнослужащих, оказывает им первую медицинскую помощь, контролирует соблюдение гигиенических требований, обучает бойцов правилам оказания медицинской само— и взаимопомощи, обеспечивает личный состав своего подразделения индивидуальными средствами первой медпомощи. Прониклись? Хотите ещё? Пожалуйста.
В бою санинструктор находится рядом с командиром роты. Это пока никто не пострадал. Но, ежели появляются раненые — его месторасположение кардинально меняется… Тут уж он в самых первых рядах. Всему вышеперечисленному Вову с товарищами и учили.
Ежели простой десантник должен быть маленьким, худеньким и вертким — это для того, чтобы попасть в него было трудно и в самолет их побольше за раз входило, то санинструктор ещё и должен обладать недюжинной силой. Кроме всего прочего, что на бойца навешано, у него ещё и сумка медицинская войсковая. Тоже не пушиночка.
СМВ — вещь нужная. Много чего хорошего в ней есть. Предназначена она для оказания первой медицинской помощи аж тридцати раненным и пораженным. Есть в ней таблетки и ампулы полезные, трубка дыхательная, перевязочный материал, жгут кровоостанавливающий, блокнот, карандаш и даже садовый нож. Зачем последний? Упаковки вскрывать, бинты обрезать, обмундирование ещё на раненом можно распороть при необходимости. Лучше, если в вашей сумке всего вышеперечисленного побольше будет, а, не сколько, положено. Это как патроны, которых много не бывает. Но, помните, её вам самому носить придется.
Сумка — это ещё ничего. Сколько весит боец в полном боевом снаряжении? В среднем больше ста килограммов. А вам его надо вынести с поля боя. Для наглядности и понимания — возьмите мешок побольше, наполните его песком и поползайте с ним по полянке. Можно и по лужам, по канаве… Взвалите его на плечи и побегайте туда-сюда. Понравилось? Совсем забыл — попросите ещё соседа в это время пострелять в вас. Ну, для правдоподобия. Так и учились. Сочетали теорию с практикой.
В конце одного из занятий нас попросили закрыть тетради, отложить в сторону ручки и внимательно слушать.
— Так, бойцы. Что сейчас скажу — не для записи, но запомнить надо крепко. Говорить буду о недостатках. Определенный опыт в ходе ведения боевых действий уже получен. Его обобщили, это и доведу. Что делают не правильно санинструкторы. Первое — плохое знание топографии магистральных сосудов и нервных стволов, поэтому не умеют пережать на протяжении поврежденный магистральный сосуд, быстро и правильно наложить жгут. Второе — неумение провести противошоковые мероприятия. Третье — торопятся и часто забывают об иммобилизации поврежденного сегмента конечности. Шину забывают наложить, если по-простому. Четвертое — на этапе доврачебной помощи предусмотрено проведение переливания противошоковых и кровезамещающих жидкостей. Поэтому, до автоматизма надо довести умение делать венепункции — уметь в вену вколоться в любых условиях. От умения работать с капельницей в полевых условиях зависит жизнь твоего товарища. Пятое — до автоматизма довести непрямой массаж сердца и искусственное дыхание. Самим уметь делать и бойцов своих обучить. Шестое — десмургию знать, как имя своё, а то некоторые санинструкторы такое накулемкают — ужас. Это основное. Спрашивать за это будем строго. Кровью это писано. — довёл до нас полковник. Так и проходили день за днем, пока ещё с чистыми на плечах погонами…
— Ну что, Володя, сбываются твои мечты? — Сергей это, находясь где-то в моей голове, вопрос мне же и задает.
— Не понял, поясни. — ему же мысленно отвечаю. Сначала не очень хорошо это у меня получалось, а сейчас привык и общаюсь с ним уже почти на автомате.
Это я со своим попаданцем, если можно так сказать, в очередной раз беседу веду. Появилось тут у меня вынужденно некоторое свободное время, вот я его и заполняю.
— Ну, про путешествия, о дальних странах. Сам же хотел мир посмотреть. — продолжает мой попаданец.
— Так, чуть-чуть. — отвечаю ему.
— Ничего себе — чуть-чуть. Чебаркуль видел? — чуть ли не возмущается он.
— Прикалываешься? — сбиваю его напор.
— Так видел или нет? — повторно он спрашивает.
