Он говорил бегло и воодушевлённо, что я сама не заметила, как мы условились о встрече, и, когда положила трубку, ощущала себя так легко, словно наконец сбросила с плеч тяжёлый рюкзак.
Всё оказалось намного проще, чем я думала. Заранее настроившись на провал, я пока прибывала в неосознанности того, что сейчас произошло. У меня… получилось? Нет конечно, ничего пока не ясно, но я сделала хоть один шаг навстречу возможному будущему. Оставалось только поставить в известность Максима. Не знаю, что он скажет, но его реакция волновала меня не меньше, чем ответ самого Даниэля.
Весь прошлый день я не видела Эккерта, зато слышала его возмущённый голос из номера Марка – он говорил на таких повышенных тонах, что непонятно как устояли стены. Видимо, теперь мы с моим нянькой были квиты – оба получили нагоняй от "хозяина". Я даже немного жалела Виардо, но, думаю, имея дело с таким человеком, как Максим, ему это было привычно.
В стенах хоть и роскошного номера сидеть было невероятно тоскливо. Эйфелева башня, видимая из окна, словно манила выйти наружу, и уже через минуту я была у двери Марка в большом воодушевлении. После звонка Даниэлю будто приоткрылась если не дверь, то крохотная щёлочка к неизведанным возможностям, и это было лучшей мотивацией из всех.
– Прогуляемся? – с порога предложила я. – Согласна на все ваши условия, можете даже привязать меня к себе верёвкой, чтобы я оставалась в поле вашего зрения.
– Вы выпили? – Марк приподнял одну бровь и потянулся ко мне, явно принюхиваясь.
– Нет, – я со смехом отшатнулась. – Грех сидеть в четырёх стенах, когда за окном такая погода. Знаете, мне почему-то хочется веселья, и, кажется, вам оно тоже будет полезно. После взбучки. Чем он вам угрожал? Слышал весь отель, хотя, подозреваю, никто не понял его немецкого.
Лицо Марка непривычно покрылось краской, но хладнокровие не думало покидать его.
– Лучше, если иногда я всё же буду держать язык за зубами, моя дорогая. Вот что пытался внушить мне господин Эккерт. К слову, убеждать он умеет.
Виардо вывел меня под руку из отеля прямиком к ожидавшему нас внедорожнику. Я беспрекословно подчинилась сопровождавшим нас охранникам и даже попыталась быть с ними любезной, насколько позволяла моя гордость. Покорно приняла их помощь, садясь в машину, и улыбнулась, когда за мной закрыли дверь. Усевшись поудобней, я окинула глазами улицу, на миг задержавшись взглядом на показавшемся знакомым силуэте. Он мелькнул лишь на мгновение в дверях отеля и через секунду растворился, и этого хватило, чтобы волоски на моём теле приподнялись от внезапного холода. Но как только машина тронулась с места, я выкинула из головы растревожившую меня иллюзию.
Впереди нас ждал Париж!
В этот раз я будто увидела его в другом свете – краски стали ярче, люди приветливей, витрины бутиков и бистро ослепительней. Так и подмывало всё попробовать, всё узнать. Виардо по обыкновению продолжал рассказывать мне о каждой улице, где мы бывали, изобилуя историческими и культурными фактами, но я слушала его вполуха, отвлекаясь то на уличных музыкантов, то на играющих детей, то на проплывающие в небе облака.
– Что-то изменилось? – Марк выдернул меня из фантазий, вернув в реальность. – Вы сегодня заметно повеселели.
– Правда? – я покосилась в сторону.
– Истина, – он кивнул. – За всё время вы ни разу не прибывали в таком приподнятом настроении, у вас даже глаза блестят. Не знаю, что между вами произошло…
– С вашим хозяином это никак не связано, – перебила я. – Возможно, кое-что изменится в скором времени, но я пока не хочу говорить об этом.
– Секреты? От меня?
Я рассмеялась напускному возмущению Марка, и он ответил мне той же улыбкой.
– Примета. Если рассказать, то не сбудется.
– Видимо, это что-то весьма приятное. Ладно, не буду вас мучить. Однако я рад, что вижу в вас такие изменения. Вот бы ещё ваш внешний вид соответствовал внутреннему.
Он остановился напротив небольшого бутика и указал на витрину.
– Жаль, что вы носите исключительно чёрный. Вы бы прелестно смотрелись в этом платье.
Я перевела взгляд на манекен, одетый в лёгкое платье василькового цвета. Оно было скромным, без лишних деталей, но скроено так ладно, что притягивало всё внимание на себя.
– Зайдём? – я потянула удивлённого Марка внутрь. В магазине пахло лавандой, и молоденькая продавщица вышла из-за кассы, как только услышала колокольчик на двери. Я указала на витрину, чем вызвала неописуемый восторг у девушки.
– Говорит, что на вас будет смотреться замечательно и подчеркнёт глаза, – перевёл Виардо, многозначительно глянув на меня. – Сшито в единственном экземпляре.
Я усомнилась насчёт эксклюзивности наряда, но стоило мне облачиться в струящуюся ткань и взглянуть на себя в зеркало, как дыхание перехватило от увиденного. Широкие лямки и закрытая спина подчёркивали осанку, а квадратный вырез, соблазнительно открывающий грудь, оставлял волю воображению. Тонкая талия выделялась на фоне широкой юбки, едва доходившей до колен. Я вытянулась на носочках, представляя себя на каблуках, и фигура вдруг стала удивительно гармоничной.