Увидев меня выходящей из примерочной, Марк даже всплеснул руками:
– Сшито будто на вас, моя дорогая! Если вы откажетесь его взять, я лягу на пороге и не выпущу вас, пока вы не заберете его с собой.
Я расхохоталась от такого энтузиазма, но перечить не стала, потому что с первого взгляда влюбилась в это платье, влюбилась в своё отражение, в котором от восхищения блестели глаза. Их цвет даже стал светлее, мимикрируя под ткань.
– Это будет исключительно мой вам подарок, – Марк взял мои ладони в свои руки, умоляюще глядя на меня, – скажем, на день рождения.
– Он только через три месяца. Не рановато?
– Пусть будет авансом. Пообещайте, что в этот день вы его наденете.
– Только если приготовите вечеринку-сюрприз.
– Это как пожелаете. Можем закатить банкет в «Жюль Верне», а можете просто задуть свечку на кексе, но непременно в этом платье. Позвольте сегодня мне побыть вашей феей-крёстной.
– Да вы прикипели ко мне, Марк. Признайтесь, я вам нравлюсь!
Я шутливо ударила его локтем, видя разливающийся румянец на его лице, но Виардо лишь отмахнулся и жестом подозвал продавщицу:
– Nous prendrons cette robe*.
Я переоделась в свою одежду, показавшуюся мне сейчас очень невзрачной и мрачной. Пусть чёрный мне был к лицу, но я никак не могла выкинуть из головы тот образ в васильковом платье, который увидела в зеркале.
Новый наряд упаковали в хрустящий пакет, перевязанный бархатной лентой, и гордо вручили мне. Взяв его в руки, я почувствовала себя настоящей Золушкой. Удивительно, как такая незначительная, казалось бы, деталь гардероба способна настолько преобразить. Это не был дорогой шёлк, который я надевала на благотворительный вечер, и платье не изобиловало вышивкой или пайетками, но оно красило меня больше, чем наряд от именитого кутюрье.
На улице Марк услужливо придержал дверь, но тут же потянулся во внутренний карман за телефоном.
– Нам нужно вернуться, – проговорил он с серьёзным видом, показывая на экран. – Господин Эккерт.
«Он хочет
Август!
Обеспокоенный и слегка потрёпанный, будто вырвался из какой-то передряги, он что-то быстро пересказывал Эккерту, который внимательно его слушал, и лицо последнего с каждой секундой всё больше каменело.
Что-то случилось. Август привёз какие-то новости. Неужели нашёл того, кто стрелял в Максима?
Марк попридержал меня за руку, но заметив, как Эккерт чуть заметно кивнул, подзывая к себе, зашептал мне на ухо:
– Останьтесь здесь, – Виардо двинулся навстречу хозяину, на ходу поправляя пиджак. Я замерла на месте, сжимая пакет в руках и ловя каждый жест мужчин. Оттуда, где я стояла было не слышно их разговора, но глядя на обеспокоенного Марка, я чувствовала, как подгибаются ноги. Через пару минут мой нянька, натянув фальшивую улыбку, вернулся ко мне и, подхватив под локоть, повёл к лифтам.
– Здесь Август! – как только мы вошли в номер, я набросилась на Виардо. – Ему что-то стало известно? Он нашёл того, кто стрелял?
– Вас велено отвести сюда и составить компанию, – он поднял руку в успокаивающем жесте. – Хотите, закажем ужин? Как вы относитесь к рыбе? Вчера я отведал в ресторане чудесную форель под сливочно-икорным соусом…
– Марк! – я бросила на пол пакет, сжав кулаки. – Прекратите вести себя так, словно ничего не произошло! Я была там рядом с ним, зажимала ему рану, его кровь была на моих руках и лице! И я имею право знать, что Август выяснил.
Видя мой боевой настрой, Марк только обречённо вздохнул.
– Насколько я понял, он пока не выяснил заказчика, но вышел на след исполнителя. И господину Эккерту это совсем не нравится.
– Он знает, кто это?
– Нет, но знает, откуда пришёл заказ. Больше я ничего не могу сказать, – Виардо развёл руками.
– Что Максим думает предпринять?
– Он собирается сам всё выяснить. Самолёт вылетает через пару часов.
Я в растерянности оглядела номер, чувствуя опустошение. На глаза попался новенький пакет, отброшенный мною в угол. Лента, которой была перевязана коробка, голубым серпантином растеклась по ковру.
А как же моя договорённость с Даниэлем? Придётся всё отменить…
– Хорошо. Пойду соберу вещи.
– Вы не едете, – голос Марка остановил меня в дверях, ведущих в спальню.
– Почему? – я с недоумением посмотрела на него.
– Это не увеселительная поездка, моя дорогая. Это, без шуток, довольно опасно.
– Зачем же Максим едет один?
– Он будет не один. Август и ещё пара человек из его охраны сопроводят его, но он не хочет рисковать, поэтому вы останетесь в Париже, где вам ничего не угрожает.
– Но… но… – я подняла руку к груди, где внезапно образовалась тупая ноющая боль, и заметила, как мелко дрожат пальцы.
Эккерт собрался в логово неизвестного зверя, бросая меня одну. Что, если с ним что-то случится? Что, если его… убьют? Что тогда будет со мной? Как я справлюсь без него?