Повинуясь скупому жесту священника, Асвер подошел к одному из столов и начал выкладывать прячущийся в "пространственном кармане" арсенал. Было того арсенала, по правде говоря, немного — из-под левой полы куртки, позерства ради скрывая манипуляции со спрятанным от глаз измерением, парень вытащил тускло поблескивающий потертым воронением тяжелый пистолет. Левой рукой забравшись под правую полу куртки, парень вытянул на свет умеренно потертый револьверный карабин. И наконец сзади, якобы из-за ремня джинсов, был извлечен верный клинок кукри. Патроны выкладывать Асвер не стал — по большому счету, бесполезны они без оружия, да и речи про них не было. Сдвинув арсенал на край стола, молодой оборотень отошел на пару шагов в сторону и с интересом приготовился наблюдать, что же используют в качестве оружия новые спутники. Акулина с меланхоличной миной отдала пистолет-пулемёт, который Аристарх положил в коробку к оружию Асвера. Мартос тоже отдала ему катану в ножнах, посмотрев на него убийственным взглядом, обещавшим все адские кары, если с её собственностью что-то случится. Больше никто ничего не выдал, если оно и было, а настоятель удовлетворённо убрал всё оружие в сейф. Зато выдал девушкам тонкие разноцветные платки:
— Гостеприимство и терпимость есть добродетели, и мы в своей обители принимаем всех страждущих. От вас же, в качестве благодарности гостя, мы ожидаем следования уставу. Это не то, чтобы обязательно, но нарушать традиции будет очень плохим тоном.
Они спорить не стали — лишь бы дед успокоился. Кто повязал платки на манер крестьянок, кто как банданы. Вера с белыми волосами стала походить на старушку, разве что не сутулилась. Лина, желая хоть как-то выразить свою бунтарскую природу, прошептала:
— Ролевая программа по знакомству с бытом монахов времён Домостроя входит в стоимость путёвки! Успокойтесь, никаких физических и умственных работ вы не будете совершать, зато каждому выдаётся сувенирная ряса!
Трапезная, по сути, являлась светлым обеденным залом с религиозной настенной росписью — по планировке это был обычный "свадебный стол" буквой П, не покрытый скатертью и со скамьями — стулья были только во главе стола. Чего у священников не отнять — кормили они вкусно. Просто хорошо готовили или от усердной молитвы — мне не было разницы, а луковый суп, мягкий хлеб с твёрдой корочкой, несолёное мясо и картофельное пюре удались на славу. Занимая свой рот пищей, Аристарх подозвал старого монаха, терпящего голод, чтобы зачитать гостям текст из затёртой книги.
Место Асверу досталось почти в самом начале стола, рядом с Анной. То, что она практически не среагировала на обращение Аристарха, который прямым текстом обозначал нежданных гостей как драконов, напяливших человеческие облики, нешуточно отвлекало хоррианца. Хотелось более-менее точно выяснить причину такой избирательности, но болтать во время приема пищи, дополнительно сопровождающегося чтением исторически-религиозных текстов было сильно невежливо. Потому Асвер лишь слушал, интереса ради переводя растянутые описания, зачитываемые немного странной манерой построения фразы, в сухой конспект событий, да отдавал должное вкусу и качеству пищи, приготовленной монахами, и наверняка имеющей благословение по всем правилам христианских традиций. Качество было весьма достойное, явно благодаря натуральным продуктам (описаниям синтетической еды что от мастера Илафа, что от его племянников, братьев-семуран Асвер не особо верил), а благословение никак не давало о себе знать — ни приливом сил, ни какими-то негативными воздействиями на враждебную роду человеческому сущность.
* * * Отрывки из книги "Косино. Маленький уголок моей родины.", О. И. Трифиленкова * * *
История Древней Руси этого периода представляет собой печальную картину диких раздоров. Удельные князья борются друг с другом. Брат восстает на брата, нередко дети поднимают оружие на отца, отец на детей. Так протекают два столетия. Редко проходит год, о котором не сказала летопись: "бысть сеча зла". С умножением удельных князей положение ухудшилось. Уже совершилось убийство Святополком Окаянным святых князей Бориса и Глеба, уже растерзали киевляне своего святого князя Игоря…
