В финале Джон умрет полностью

– Вы видите девушку, сидящую на диване?

– Слушай, приятель, я же сказал, что мы пытались привести ее сюда, но собака…

– Я без иронии. Просто хочу знать, видите ли вы ее.

– Это Крисси Ловлейс, соседка. Она не сдвинулась с места с тех самых пор, как мы прибыли сюда. Мы подавали ей сигналы, но все без толку. Она словно в отключке.

– Значит, его убила она?

– Нет, ему вырвала глотку собака. Псина все еще там. В том-то все и дело – каждый раз, когда мы пытаемся войти, она…

– Черт побери! – вклинился я. – Какая жалость, что в городе нет особого департамента, который занимался бы… ну, отловом животных, что ли. Нет, постойте – он у нас есть. Называется «Департамент по отлову животных». Дать вам их номер?

– Секундочку, – сказал Джон. – Говоришь, это сделала Молли?

Он повернулся ко мне.

– Дейв, помнишь, мы однажды тыкали в нее палкой ровно двадцать три минуты, а она даже не зарычала? Молли не могла сделать такое с человеком.

– Вы ничего не понимаете, – сказал Дрейк. – Мои ребята боятся даже войти туда, и я их не виню. Там что-то… сверхъестественное.

Я снова заглянул в окошко.

– Никакой собаки не видно. Не понимаю, почему нельзя просто…

Появилась Молли – рыжий ирландский ретривер, или кто уж она там, отмытый с шампунем и расчесанный до идеального состояния. Похоже, новый владелец заботился о ней куда лучше, чем я. Девушка и Молли могли бы зарабатывать хорошие деньги, рекламируя товары для собак.

Так вот, эта ухоженная псина с окровавленной мордой, вытянув лапы, парила в воздухе примерно в трех футах от пола и медленно летала по комнате, словно кто-то подвесил ее на невидимые нити и заставил скользить по невидимым рельсам. Поравнявшись с дверью, собака повернула голову в мою сторону и произнесла четким, гортанным голосом:

– Я служу только Корроку.

И продолжила летать по комнате, словно маленький мохнатый дирижабль.

Снова-здоро́во.

Я отвернулся. Лицо Джона оставалось безмятежным, словно такие вещи происходят каждый день.

Ах да, парящий в воздухе пес. Весь необходимый инвентарь у нас в машине.

– Увидела соседка, – сказал Дрейк. – Говорит, что Крисси гуляла с собакой по улице, а эта чертова зверюга сорвалась с поводка, как из пушки помчалась по лужайке, прыгнула в окно и за полсекунды вырвала Филипу глотку. Наверное, мисс Ловлейс вбежала в дом за собакой, зарыдала, а затем отключилась. Не смогла перенести увиденного. Я бы тоже не прочь – отключиться, конечно, а не рыдать.

– Подождите, – возразил я. – Вы слышали, что сейчас сказала собака?

– Сказала? Она залаяла…

– А, ну ладно. Посмотрите на собаку: она…

– Парит над полом.

В любой другой момент тот факт, что странные штуки вижу не только я, успокоил бы меня. Но сейчас он означал, что игра идет по другим правилам.

– Нам с Джоном нужно потолковать. Мы ненадолго.

– Рвем отсюда. Наша цель – супермаркет, отдел, где продают выпечку, – сказал я моему другу по дороге к машине.

– Дейв, все эти копы видели, как собака летает по воздуху и творит черт знает что. Это что-то новенькое.

– Это что-то новенькое? Джон, а почему она вообще летает?

– Все из-за «соуса», верно? Она хлебнула его больше, чем любой из нас. Я вообще не понимаю, как она жива осталась. Может, он наконец на нее подействовал.

– Теперь, когда прошло столько времени? Полный бред.

– Слышал, что она сказала?

– «Я служу только Корроку».

От этого бессмысленного слова у меня по коже побежали мурашки, но я не мог понять, почему. Мой мозг приблизился к разгадке, однако внезапно уклонился от цели, да так резко, что мысль едва не вылетела у меня из головы.

– Уверен? – спросил Джон. – Мне показалось, что она сказала: «Я служу только року», и я готов с ней согласиться.

– Проехали, Джон.

– А кто такой Коррок?

– Не знаю.

Покопавшись в бардачке, Джон вытащил пакет сладостей, которые кто-то прислал мне по почте. Сумасшедшие мне много что присылают. Чаще всего я кладу эти вещи на полку в сарае и забываю о них.

Мы вернулись к дому; я вытряхнул из упаковки конфету, медленно повернул ручку двери, просунул в щель голову и правую руку.

Молли, Парящая Собака, висела в воздухе шагах в десяти от меня, за диваном и своей невероятно сексуальной новой хозяйкой. Я вытянул руку с зажатой в ней конфетой, и это немедленно привлекло внимание Молли.

Бросив лакомство на пол, я выскользнул за дверь. Молли подплыла к конфете, наклонилась так, чтобы морда оказалась рядом с полом, и слизнула белую штучку.

Ничего не произошло. Джон уже собирался сказать «Не сработало», как вдруг раздался хлюпающий звук и треск – КЕРРРААЧЧ! – и Молли взорвалась, словно мясная пиньята на празднике для очень сильных невидимых детей.

Полицейские позади нас радостно завопили. К нам подошел Дрейк.

– Черт побери, что это было?

– «Мятный завет», – ответил Джон за меня. – Конфеты, на которых написаны стихи из Библии. Такие сладости можно купить в любом христианском книжном магазине. Мы надеялись просто изгнать из Молли силы зла, но…

Джон деловито пожал плечами.

Бывает и такое.