Мне рассказали, что я была первым человеком не их мира, допущенным в селение. Почему для меня сделали исключение, я не знала, но вопросов задавать не стала. Наверное, моя помощь действительно требовалась Йалу. Она говорила, что всё и все изменились здесь за прошедшие месяцы, но на самом деле изменилась она сама. Она стала совсем другой даже в сравнении с той, что жила в моем доме. Встреча с родителями заставила ее о многом задуматься и изменить многие свои решения. Так странно было наблюдать за сдержанной Йалу, внимательно слушающей старейшин. Она снова стала носить длинные платья и местные украшения, и казалась мне теперь совсем взрослой. А поскольку меня никто ни к чему не принуждал, я осталась в своих джинсах и свитере; сливаться с жителями селения мне совсем не хотелось. Повторить жизнь Йу — этого я безумно боялась; я не останусь здесь.
Я по-прежнему не знала их языка, но Терс сделал так, что я понимала их, а они понимали меня, как когда-то Йалу.
Мы были здесь уже три дня, но обещанного Терсом разговора все еще не было — они с Йалу постоянно были чем-то заняты со старейшинами. Поэтому я часто приходила к озеру и просто смотрела на накатывающие волны этого почти моря. Было ли это влиянием озера или последним разговором с Человеком Без имени, но мне стало спокойнее. И я, всегда любившая активную жизнь в быстром темпе, вдруг оценила размеренную и неспешную жизнь в селении. После Литы, которая словно бы электризовала воздух вокруг, сама вечно была в напряжении и приводила всех вокруг в то же состояние, хотелось тишины и мира.
Лагу связывался с Йалу, и после их разговора она еще больше утвердилась в решении идти по дороге своего предназначения.
— Моей матерью до сих пор владеют чувства, а я хочу сама владеть ими, — сказала она. — Я не хочу портить жизнь всем вокруг, я не хочу, чтобы мои дети меня ненавидели.
— А ты ее ненавидишь?
— Нет, — Йалу ответила не сразу. — Я ее понимаю. Она очень любит папу. Просто я оказалась лишней в ее жизни. Она до сих пор пытается забрать Сережку… Эйина, надо привыкнуть называть его настоящим именем. Лита не понимает, что Эйин уже никуда не уйдет от Эаис.
Она улыбнулась:
— Я разговаривала с ними обоими недавно. Эйин по уши влюбился.
— Вы помирились?
— Мы помирились за мгновение до появления Человека Без имени. Поговорить, правда, не успели.
Мы не разговаривали с ней о том, что узнали от ее родителей, но, я знаю, Йалу постоянно думала об этом. Ее взгляд все время притягивался к озеру, а потом она искала глазами своего Наставника. Я же старалась держаться от Терса подальше. Здесь мне удавалось это без особого труда, он и сам не искал встреч со мной. Все время сейчас он проводил с Йалу.
А я перестала задумываться о том, для чего нахожусь здесь. Та боль, которую у меня уже не было сил переносить, вдруг притупилась. Словно кто-то сжал в руках мое сердце, не давая ему окончательно разбиться. Да. Я даже знаю, когда это произошло. И мне кажется, что Терс и Лагу тоже приложили к этому руку. Наверное, я бы справилась и сама, но я не жаловалась, так действительно стало легче.
— Как ты?
Я чуть не подпрыгнула от голоса Терса. Сердце тут же понеслось бешеными скачками. И прежде, чем оглянуться, я несколько раз глубоко вдохнула. Спокойнее. Тем более, что он был не один. Рядом стояла Йалу. И эти двое выглядели теперь единым целым. Никому нет места между ними.
— Вы, наконец, вырвались со своих совещаний? — чуть улыбнулась я.
— О да! — заулыбалась в ответ Йалу и села около меня. — Я начинаю чувствовать себя профессором. Только голова уже не вмещает в себя все, что мне говорят.
— Ты справишься, — Терс опустился напротив нас и посмотрел на меня: — Ты не ответила.
— Да мне нечего отвечать. Чувствую себя в отпуске, никто не достает, никто не угрожает.
— Почему Хсо так уверен, что Арина в безопасности? — вдруг поинтересовалась Йалу.
— Он не говорит, я спрашивал.
Мы встретились с Терсом взглядом, и я позволила себе несколько мгновений видеть только его.
— А кого я должна бояться?
— Человек Без имени? — предположила Йалу.
— Он обещал, что не тронет меня, — покачала я головой.
— Кто он вообще такой? — повернулась Йалу к Терсу.
— Он следит за равновесием энергий вокруг озера.
— Чем помешал ему ты?
— Он не объясняет своих решений. Но он способен рассчитать последствия любых действий и вмешивается только тогда, когда что-то может нарушить равновесие.
— Лучше расскажите, кто такой Бхар, — вмешалась я.
— Его выгнали из селения в то время, когда мои родители только встретились. Подробностей я не знаю.
— Бхар не придет, — сказал Терс. — Он не знает, как обойти защиту, которая стоит на селении.
— Здесь нет защиты, — возразила Йалу.
— На Арине — есть, правда, неизвестно, кто ее ставил.
Они оба взялись разглядывать меня, потом переглянулись.
— Да, я тоже теперь вижу, — сказала Йалу. — Не папина и не твоя. Я такую и не умею ставить. А это нам надо было позаботиться о защите, а не неизвестному доброжелателю.
