Медленно иду вдоль высокой сетки, ограждающей меня от невесомости, а самоубийц от горького падения. А чуть дальше вижу замок, прикрепленный к границе между жизнью и тому, что следует за ней. Не могу сказать, что прошла мимо, не прочитав содержимое. Я сделала это потому, что оно предназначалось именно для этого, для таких, как я. «Все говорят, что всё когда-то кончается. Почему я должен верить в то, во что верят все? Любовь не умирает, если она пропитала две случайные души. Мы – это уже вечность». Я улыбаюсь. Возможно потому, что тоже хочу в это верить. Всё не вечно, потому что однажды смерть порождает конец. Конец улыбке, радости, счастью. Может быть, это и есть одна из причин, почему общество сочло присвоить закономерность трем словам: «ничто не вечно». Пессимисты видят в этом горькую, но действительную правду, избежать которой также невозможно, как и уничтожить время. Оптимисты – неумение остальных принимать и верить в возможное счастье, потому что три слова пересекают параллельные. А реалисты подобны пессимистам, для них всё сводится к одному – небывалой уверенности в том, что у всего есть свой предел.
Смотрю на расширяющийся горизонт, лелея свои старые надежды о безграничных возможностях. Что меня удерживает от того, что за пределами этой самой жизни? То, что это правильно и тот, ради кого я здесь. Но как долго мне еще бегать за тем, кого… нет? Он словно тень. Так тихо передвигается и так громко о себе заявляет. Это слишком… это просто слишком невозможно.
- Девушка?..
Сзади раздается спокойный мужской голос. Я поворачиваюсь к молодому парню, внимательно вглядывающегося в черты моего лица. Некоторое время он молчит, а затем в тишине уверенно протягивает мне руку с белым конвертом. Ничего не говоря, я неуверенно принимаю его, хотя подсознательно знаю, от кого это. Никакого страха, лишь доля волнения. Неужели я оказалась там, где должна была быть?
- Спасибо, - отвечаю я, слабо улыбаясь. Он делает тоже самое, по-мальчишески подмигивает и уходит, напоследок пожелав удачи. Но я вовсе не уверена, что именно удача ведет меня в слепом направлении.
Вдохнув глубже, я раскрыла еще один конверт и достала из него еще один лист бумаги. В этот раз я не боялась, потому что знала: в нем нет ничего, что могло бы меня спугнуть. Хотя в этом и не было ничего сложного, непосильного или особенного, я не торопилась читать, потому что слова, кроющиеся по ту сторону листа, никогда не будут простыми. В них всегда будет присутствовать что-то, что подарит грусть и ликование. Но меня сдерживало вовсе не содержимое, а вдруг охватившее меня чувство. Я почувствовала себя марионеткой во власти неизвестного и едва ли реального мужчины. Мною вертели в разные стороны, разворачивали и складывали заново, словно вся я была из бумаги. Бумажная жизнь в настоящих руках человека, полюбившего город слов. Может быть еще немного, и меня разберут на слова…
Опустив мимолетный взгляд вниз на мир подо мной, я быстро перевернула записку. А в следующий момент принялась читать, без попыток сбежать от всего окружающего, потому что в этом я существовала.
«Однажды ты сказала мне, что любишь тайны. Не просто чьи-то секреты, погрязшие в тайну, а именно те, которые нужно разгадывать. В пределах возможного и без особых сложностей. Удивительно ведь, правда? Я оказался той самой тайной, за которую ты ухватилась. Не я тебя держу, а ты меня.
Высота – то немногое, что заставляет видеть иначе. Город расстилается у тебя под ногами, предлагая себя. За это нужно хвататься, когда ты не просто возвышаешься над всеми этими людьми и домами, а когда к тебе приходит осознание чего-то очень важного. Но ты не там, где должна быть. Твое место для тех, кто уже отчаялся, потерял себя вместе с верой, пытаясь затмить пустоту последним, что осталось – надеждой увидеть что-то, что прежде упустил.
Еще немного.
Том»
Может я и не угадала с местностью и высотой, всё равно одержала маленькую, но довольно значительную для меня победу. Я смогла сделать шаг в верном направлении. Всего одно письмо от тайны способствовало появлению искренней улыбки. Никакого страха, волнения или мыслей о том, как далеко еще нужно зайти. Только улыбка и последовавший радостный смех. Это позволило мне почувствовать малую долю свободы.
Держа прочитанный лист в руках, я мну его, рассматривая со всех сторон. Не пытаюсь что-либо найти, потому что всё в его словах, а между строк – никаких загадок. Я делаю это потому, что к бумаге прикасался он, проводил рукой по ней, выводил буквы, превращая их в слова, а затем в предложения. Почему-то поняла только в это мгновение… в моих руках малая частичка того, к чему я принадлежу. Подношу лист бумаги чуть ближе к лицу и вдыхаю запах. Я хотела почувствовать запах обыкновенной канцелярии или вообще ничего, но вместо этого уловила приятный и свежий аромат мужских духов. Это оказалось намного большим, чем просто чем-то… будто он сам стоял возле меня, даря новое чувство жизни…
***
