Повинуясь легкому кивку Дианы, Шаман развернулся. Мягкий, светлый диван стоял в компании пары кресел и овального журнального столика со стеклянной поверхностью. На нем-то и появились через несколько минут две большие чашки, от которых поднимался пар, а гостиная наполнилась приятным ароматом чабреца.
Но как только Диана забралась на диван, подогнув под себя одну ногу, и взяла в руки чашку, дверь хостела с шумом открылась почти настежь. На пороге появился худощавый молодой человек лет двадцати в коричневых штанах и клетчатой рубашке с коротким рукавом. Он двигался резко и очень торопливо, напоминая белого кролика из сказки про Алису. Наскоро он поздоровался с Дианой, кивнул Шаману и устремился в сторону одной из дверей, ведущих в жилые комнаты.
– Этот свой, – добродушно отозвалась Диана, увидев вопросительный взгляд Шамана. – Человек-вечный-двигатель, вот как я его называю. Все время в делах, ни минуты не отдыхает и все время что-то придумывает. Его зовут Виталис.
– Звучит как название таблеток, – тут же сказал Шаман и без толики смущения выдержал укоризненный взгляд Дианы. – Впрочем, хоть оленем зови.
Она уже приготовилась ответить, но Виталис выбежал из комнаты и подскочил к журнальному столику. Его большие бледно-зеленые глаза искрились неуемным энтузиазмом:
– Привет, я совсем забыл сказать, что вчера около десяти часов семнадцати минут, когда я вышел из душа, заметил, что мой кран подтекает. Поэтому не могла бы ты передать Фрэнсису, чтобы он вызвал мне сантехника на завтра, желательно после восьми двадцати, когда я закончу ванные процедуры и не помешаю его работе. Я бы сказал еще сегодня утром, но забыл, новый проект горит, нужно успеть доделать к трем часам пятницы, чтобы не пересекался с другим. Хотя он и так пересекается…
Диана медленно кивала, а Виталис все говорил и говорил, поминутно поправляя большие очки в дорогой оправе. Взглянув мельком на Шамана, Диана хихикнула, увидев его нарочито скучающее выражение лица. Но она давно знала Виталиса и понимала, что его невозможно прервать или остановить, он весь был как одна большая батарейка с бесконечным зарядом.
– Хорошо, я обязательно передам, – улыбнулась Диана, когда постоялец, наконец, замолчал. – Познакомься, кстати, наш новый гость. Можешь называть его Шаманом.
Виталис удивился, но в следующий миг дружелюбно протянул руку в знак приветствия:
– Всегда приятно видеть новые лица! Меня зовут Виталис. Как долго вы пробудете в хостеле? Должен признать, что это заведение – лучшее в городе, даже Центральный отель не может похвастаться такими уютными номерами.
– Возможно, – хмыкнул Шаман, – я останусь здесь, сколько будет нужно.
Виталис активно закивал головой, бросил пару общих замечаний о прекрасной погоде и уже повернулся, чтобы удалиться в комнату, но тут его взгляд упал на маленькую баночку на столе. Тонкое лицо озарила живая, открытая улыбка, и Виталис спросил:
– Эфирное масло? Знаете, у меня есть хороший друг, он заведует магазинчиком восточных товаров. Ручаюсь за качество, вот его визитка, возьмите. Это недалеко отсюда, обязательно побывайте там, мой друг лично ездит за товарами в Индию и Китай.
– О, спасибо, – от души поблагодарил Шаман и взял визитку, – хотел заправить на вечер аромолампу, но совсем не уследил за маслом.
Виталис искренне обрадовался, что его совет пришелся кстати. Когда дверь в его комнату закрылась за ним, Шаман многозначительно вздохнул и сделал большой глоток чая.
– И это он еще спокойнее обычного, – заверила Диана, – хотя мне надо брать пример с Виталиса, вот уж кто не знает лени!
– Ты тоже довольно энергичная, – заметил Шаман, почесав бороду. – Учишься в колледже, работаешь в хостеле.
При упоминании учебы Диана глубоко вздохнула и поджала губы:
– Сегодня на коллоквиуме я отвечала не очень резво. Надеюсь, этого хватит, чтобы меня допустили к зачёту. Зато хоть братишку проведала. Знаешь, иногда такое ощущение, будто делаешь что-то, делаешь каждый день, все время занят, но результата никакого. Какая-то бессмысленная видимость деятельности.
– А для тебя эта видимость отлична от реальности или отражает ее? – с интересом спросил Шаман.
Диана замолчала и уставилась на свою кружку. Этот вопрос был не из тех, на которые она всегда знала ответ. По правде сказать, Диана и не задумывалась никогда о чем-то подобном, она смотрела на жизнь прозаичнее и гораздо проще, чем Шаман. А он тем временем удобно откинулся на спинку дивана и, держа в одной руке чашку с чаем, неспешно завел рассказ:
– Представь себе, как вековые тонны снега укутали крутые склоны Гималаев. Вокруг раскинулись горы, белее облаков на лазурных небесах. Повсюду тишина и природа. Такую картину созерцал однажды монах по имени Садхир, предаваясь ежедневной медитации. Его монастырь спрятался прямо в горах, гостеприимно укрывших небольшую общину мудрецов, сынов Брахмы. За двадцать лет, которые Садхир провел в Гималаях, монастырь стал ему домом, а в прошлом месяце монахиня…
– Диана!
– Что?
Шаман отвлекся и удивленно посмотрел на нее, а Диана пожала плечами и наивно улыбнулась:
