В ярости рождённая (Дорога Ярости) полностью

И даже это не стало концом неприятностей. Задержка, пока его люди разбирались со стариком, дала возможность ещё одному ублюдку внутри дома добраться до его собственного оружия. Тот убил ещё пятерых «пиратов» прежде, чем умер сам.

И нам ещё повезло, что его пистолет был гражданской модели и был снаряжен обычными боеприпасами и стандартным магазином. Слава Богу, нам удалось поймать его на перезарядке и пришить прежде, чем он снова успел открыть огонь.

Чёрт! Мне предстоят не слишком приятные минуты, когда придётся докладывать об этом Алекссову,подумал лидер. И только сам Дьявол знает, как отреагирует на это Шу!

Нечто похожее на панику с дрожью пробежало по его телу, несмотря на его бескомпромиссные слова человеку, который задал вопрос. Он знал, что он действительно уже должен признать это, и рано или поздно он всё равно окажется перед необходимостью сделать это.

Но не сейчас, сказал он сам себе. Ещё не время. Не раньше, чем это проклятое дело закончится! И, по крайней мере, старый пердун избавил меня отэтого тупого отморозка. Так что, полагаю, я ещё должен сказать ему спасибо.

Лидер не был гуманистом и слез по таким, как Ю, не проливал. Он отвернулся и махнул рукой. Команда тотчас разбрелась в поисках добычи.

***

Она появилась из снега, окутанная мехом, как белая тень смерти. Пряди янтарных волос развевались вокруг лица, нефритовые глаза отражали ад. Ее павшая лошадь осталась далеко позади, бока больше не вздымались при дыхании, пот остыл и превратился в лед. Она заплакала бы от того, как кротко ее конь переносил тяготы скачки, но сейчас не время для слёз. Кровь била в виски, время казалось медленным и неуклюжим. Холодный воздух жег легкие.

Рация, по которой её вызвали, оттягивала один карман куртки, в другой она кинула бинокль. Она узнала тип «шаттла» – «леопард» – старый, но вполне работоспособный корабль. Она сосчитала рейдеров, когда они собрались вокруг командира. Двадцать четыре, плюс тела на снегу рядом с её дедом и ещё пять перед домом – итого тридцать три. Предельная загрузка «леопарда», спокойно отметил компьютер в её голове. На борту никого, значит, никто не уложит ее из бортового оружия... и она сможет убить больше, прежде чем убьют ее.

Она проверила нож на поясе, затем обеими руками сжала винтовку. Враги вооружены штурмовыми винтовками, у некоторых гранаты, у всех – пассивная броня. Но ей было всё равно, и она ласкала свое оружие, как возлюбленного. Снегопард, круживший вокруг фермы, мог справиться даже с мегабизоном, поэтому она вооружилась основательно.

Она добралась до «шаттла» и опустилась на одно колено, укрывшись за одной из опор – отсюда хорошо виден дом. Она взвесила возможности угона «леопарда», но корабль не взлетит без бортового стрелка, телеметрия которого связана с кораблем. Она не могла ни угнать корабль, ни использовать его оружие. Поэтому вопрос, по сути, заключался в том, включена ли бортовая связь. Если рации в их шлемах связаны с кораблем, они могут вызвать подкрепление. С какого расстояния? Стоянка Брауна, подсказал компьютер. Меньше минуты для «шаттла». Слишком быстро. Она не сможет перещелкать их на выходе, не сможет захватить с собой побольше, прежде чем умрёт.

Её зелёные глаза не дрогнули, когда прошлись по изуродованному телу брата.

Она готовилась к рутинной работе, обдумывая действия, которые пять лет пыталась похоронить в самых дальних уголках своей памяти. Не увлекаться, подсказывал компьютер. Владей своим пульсом, расходуй себя рационально.

Она покинула укрытие, направляясь к генераторному бункеру, двигаясь, как снежный вихрь. Внутри один из рейдеров, насвистывая, отвинчивал разъем кабеля. Десять процентов кредита её сестры ушло на генератор, бесстрастно подсказал компьютер, в то время как она беззвучно отложила винтовку и вынула нож. Полшага, стальные пальцы вцепились в сальные волосы, блеснуло лезвие, и правый рукав ее куртки утратил белоснежность.

Один.Она оставила мертвеца и взяла свою винтовку, двигаясь вдоль стены генераторного бункера. Сзади раздался скрип снега под чьей-то ногой. Винтовка в ее руках превратилась в дубинку. Глаза сверкнули в ошарашенное лицо врага. Рука пирата дернулась к пистолету, легкие вобрали воздух для крика – но приклад винтовки пробил ему трахею, как кузнечный молот. Крик выродился в смертный хрип, умирающий рухнул навзничь, схватившись обеими руками за пробитое горло. Она перешагнула через тело.