— А Джинни… Какой шанс я должен ей дать? Мои чувства директором в расчет не берутся? Или он считает, что я должен с ней дружить после всего, что она сделала? Я верю, что она не хотела мне навредить. Она не плохая. Но я не могу ей простить так просто то, что она сделала. Какое бы зелье она ни подливала — это было попыткой принудить меня действовать так, как ей хочется. Ты меня сразу предупредил о возможном побочном влиянии наших занятий. Только о возможном. А она осознанно хотела подчинить меня, заставить обращать внимание только на нее. Я могу понять, почему она это сделала, но я не нахожу оправданий этому ее поступку. Мы же встречались с ней, я ни с кем не флиртовал и не давал повода думать, что собираюсь ее бросить, когда она впервые это сделала. Я не могу извинить ее поведение. Мы играем с ней в одной квиддичной команде. Мы не ругаемся. Она старается показать всем, что уважает мое мнение, и она не устраивает скандалов и истерик, чего можно было бы ожидать, если посмотреть на миссис Уизли или на Рона. Но приглашать ее к себе я не собираюсь, и видеть ее в своем доме я не хочу. А вот Невилла и Луну я на денек, пожалуй, приглашу. Быть может, они захотят посмотреть, как я живу? — Гарри обессилено откинулся на спинку дивана после столь эмоционального объяснения.
— Ты прав в том, что собираешься пригласить друзей. Я найду, чем себя занять, когда они будут гостить у тебя, — Снейп притянул Поттера к себе в объятия. Ему очень не хотелось дожидаться, пока Гарри начнет, как обычно, строить ему глазки и намекать на поцелуи. Сегодня он сам для разнообразия решил выступить инициатором, и получил в благодарность за это такую счастливую улыбку, что чуть не сорвался и не начал немедленно целовать своего такого невыносимо привлекательного мальчика.
— Ты не хочешь, чтобы тебя видели в моем доме? — Поттер, казалось, мурлыкал от удовольствия, прижимаясь щекой к груди Северуса.
— Грейнджер мое присутствие, думаю, не удивит. Мисс Лавгуд ничто не способно вывести из состояния самосозерцания. Но Лонгботтом может почувствовать себя очень скованно, если увидит меня. Не стоит испытывать его нервную систему, — хмыкнул Снейп, целуя Гарри в макушку и нежно перебирая пальцами его волосы.
— Невилл, кстати, очень высокого мнения о тебе, как об учителе ЗОТИ. Зелья просто ему не даются. И ты мог бы заметить, что он неплохо справляется с твоим предметом сейчас, — Поттер улыбался и даже прикрыл от удовольствия глаза.
— Несомненно, Лонгботтом справляется у меня на ЗОТИ лучше, чем ранее на зельеварении. На ЗОТИ нет котлов, которые можно расплавить.
— Ты несправедлив. Невилл хороший парень. И Луна тоже интересная. Ее странности не такие уж и странные, если внимательно слушать то, что Луна рассказывает, — фыркнул Поттер.
— Лонгботтом слабоватый маг, но он будет тебе хорошим другом, так же, как и мисс Лавгуд. Я нисколько не сомневаюсь в ее адекватности, — очень серьезно заверил Северус, решительно снимая очки с Поттера и откладывая их на столик, который они придвинули для чаепития, но так и оставили стоять около дивана. — Я сомневаюсь в своей адекватности, но очень надеюсь, ты мне это простишь, — прошептал Снейп и, не дожидаясь ответа, принялся доказывать свое мнимое сумасшествие, что очень понравилось Поттеру, тающему от поцелуев и нежных прикосновений рук.
Гарри запустил пальцы в волосы Северуса и, перебирая их тяжелые пряди, довольно урчал, отвечая на жаркие поцелуи и даря в ответ свои. Его тело отозвалось легкой дрожью нетерпения, когда руки Снейпа освободили Гарри от мантии, собирающейся в складки и мешающей им быть ближе. Когда Северус снял и свою мантию, Поттер понял, что теперь явственно чувствует жар, исходящий от Снейпа.
Гарри, отвечая на ласки, понемногу перемещался на диване, пока не уселся верхом на колени Северусу, прижимаясь так, чтобы его возбуждение стало очевидным для Снейпа, который, не задумываясь, прижал его к себе, показывая, что он не одинок в желаниях тела. Поцелуи стали жестче. Руки Снейпа, подхватившие Гарри под ягодицы, и ритмично прижимающие его к собственному телу, сделали свое дело. Удовольствие фейерверком взорвалось внутри Гарри, заставляя того полностью потерять контроль над реальностью. Поттер задрожал и, захлебываясь вскриком, прижался к Северусу настолько тесно, что и сам Снейп не выдержал, вздрогнув и застонав от полученной разрядки, цепляясь за Гарри, как за спасательный круг в захлестывающих его волнах ощущений и эмоций. Гарри лежал на плече Северуса, тяжело дыша, словно прибежал в школу из Хогсмида без остановок.
Снейп чувствовал себя виноватым. Совсем немного, однако, все же чувство неправильности его поступка дало о себе знать. Но здоровый эгоизм сразу же задавил все поползновения совести. Северус повернулся и поцеловал Гарри в скулу. Поттер поднял голову и посмотрел на него. Он все еще был раскрасневшимся, с немного ошалевшим взглядом. Но счастье, сквозящее в каждой черточке его лица, стоило любых угрызений совести, как решил Снейп, касаясь губ Гарри легким поцелуем и получая такой же нежный поцелуй в ответ.
