Ее много раз вербовали, она дипломатично не отказывалась и не соглашалась, избегая прямого ответа, не давая никаких подписок и никакой информации. Она могла убить, легко, но не предать. Ничего не поделаешь, таков был дефект ее воспитания. Когда на нее начинали давить, она находила или покупала влиятельных людей, которые за нее вступались. И все обходилось, ей всегда сопутствовала удача. Когда сильно везет, надо быть в полной готовности ко всему. Постоянная настороженность была залогом ее спокойствия.
Человек всегда окружен множеством невидимых злых и завистливых сущностей, стоит отвлечься, ненадолго потерять бдительность, как со всех сторон навалятся беды и страдания, и ты, в лучшем случае, лишишься с мясом вырванных лет. Альбина всегда выходила сухой из воды, ей дьявольски везло, так считали многие. В пароходстве, да и в самой Одессе, где, как в маленькой Италии, все друг о друге знают, и сексот[10] на стукаче едет и осведомителем погоняет, за ней укрепилось прозвище Дама Туз.
Она знала причины своей непотопляемости, ее девиз был: «Расчет и Осторожность». Умение не выделяться для нее было вопросом воли и неволи. Внешне, она всегда была с людьми, внутренне, – никогда не сливалась с ними. Она удачно лавировала, обходя капканы и волчьи ямы, вырытые для нее конкурентами и ушлыми сотрудниками многочисленных Одесских правоохранительных органов. Ни одна из провокаций и запутанных многоступенчатых операций по ее изобличению не увенчалась успехом.
Альбина знала, так долго продолжаться не может, ‒ запас везения не бесконечен, и готовила отходной вариант. Отходной вариант всегда должен быть наготове, это было ее кредо. Все свои дела она проводила с предусмотрительной осторожностью в условиях строжайшей секретности. Но, как говорится, и на старуху, которой она, по сути, всю жизнь и была, бывает проруха. Ее подвели сразу несколько человек, в прокуратуре завели на нее дело и принялись плести лапти.
Сработала хитро проведенная многоходовая комбинация некого Плахуты, лейтенанта из ОБХСС. В то время в ходу была поговорка: «Теми, кто не доволен, у нас занимается КГБ, а теми, кто доволен – ОБХСС». С Плахутой получилась накладка. Не сдержавшись, Альбина довольно обидно щелкнула его по носу, разумеется, словами, вдогонку натравив на него его начальника по фамилии Сирабаба.
В бизнесе, как и в жизни, нельзя переходить на лица, тем более унижать человеческое достоинство. Этот урок Альбина запомнила навсегда. Тем более, что Сирабаба перестарался, а быть может, только дожидался повода, чтобы всыпать под завязку своему не в меру ретивому подчиненному. Никогда нельзя недооценивать разрушительную силу необдуманных действий.
Ей, как всегда, повезло, это время совпало с развалом Союза. Все жизненные ценности были смещены в сторону наживы, и не осталось ничего святого, ничего запретного, все стало доступным. За небольшую пачку зеленых денег Альбина купила в прокуратуре заведенное на нее дело. Следователь по особо важным делам, который под вечер вынес ей два увесистых тома, сказал, что материала с избытком достаточно на высшую меру.
До глубокой ночи на пустынном берегу Лонжерона она читала доносы и протоколы показаний на нее своих партнеров и жгла их, не испытывая при этом никаких враждебных чувств. Ничего другого она от них не ожидала и, наверно, она бы слегка удивилась, если бы кто-то из них поступил иначе. На рукописных и печатных страницах тех томов подробно описывались основные этапы ее «трудовой» деятельности, их больше не прочтет никто, кроме огня. Перед ее глазами проходила ее жизнь, и она сожгла ее, как и мосты за собой.
Небольшой костерок, напоследок вспыхнув, догорал сотнями багряных песчинок, а холодные звезды над головой разгорались все ярче. Над Черным морем красивые звезды. Когда-то она любила их считать. Однажды досчитала до трех тысяч сорока двух и сбилась. С тех пор она их больше не считала. Ей нравилась Одесса, море и одесситы, они отличались от всех своим не советским духом. Но следователь не солгал, оставаться здесь было нельзя.
Она продала свою двухкомнатную квартиру в Одессе и перебралась в Киев, где на проспекте Правды в живописном зеленом районе «Виноградарь» купила себе четырехкомнатную квартиру. Она планировала, впервые за многие годы, немного отдохнуть, параллельно с этим поправить свое пошатнувшееся материальное положение, а затем, не торопясь, заняться оформлением документов для эмиграции.
Альбина и раньше время от времени приезжала по делам в Киев. Со всем своим многолюдством, шумом и суетой он производил на нее удручающее впечатление проходного двора. После провозглашения самостийности вся экономическая и культурная жизнь теперь была сосредоточена в Киеве. Кроме того, здесь находились посольства всех иностранных государств, это и определило ее выбор.
