Момент, когда к ним приблизилась Эспер, Волк откровенно пропустил. Слишком сконцентрирован был на Амрене, и слишком растерян. Ответив, что «жить будет, а вот Амрену срочно нужна помощь», он, с помощью также оказавшегося здесь Гладия, опустился на землю. Тот, по приказу Эспер, стал сноровисто промывать раны Волка, что-то замазывая какой-то мазью, а где-то просто накладывая фиксирующую повязку. Только сейчас до Волка стало доходить, что потрепало его довольно сильно. И что Амрен вполне был способен убить юношу. Если бы не способности. От применения которых юношу сотрясала крупная дрожь. Он знал, что они возьмут свою цену. Был готов к тому, что вслед за скоростью придёт слабость. Но тяжёлый откат от способностей накладывался на последствия поединка, и контролировать организм юноша почти не мог. С другой стороны, он остался на ногах, не впал в беспамятство на неделю, даже соображать может, хоть и с трудом. Уже неплохо.
Эспер, тем временем, осмотрела Амрена.
— Ничего критически важного ты ему не задел. Но его зрачки сужены. Причём сильно. И пена на губах. Непонятно. Он что-то принимал? Болен? С чего вы вообще сцепились?
— Не знаю. На все вопросы. Он был… странным сегодня. Сперва просто отмалчивался. А затем начал бой, не давая никаких объяснений.
— Что-то ещё? Подумай, Волк! Это может быть важным.
— Он был мочалив, где-то внутри себя, пока тренировались. А когда схлестнулись, то наоборот, рычал, как дикий зверь. Раньше я такого у него не видел. Наоборот. В тренировке активно пояснял, в боях молчал. А ещё он был невероятно быстр. И силён. Он и сам по себе парень не промах, но сейчас это было слишком…
Эспер на секунду задумалась. Потом сказала.
— Не всё сходится, но я думаю, что его отравили. Какой-то сильный диссоциатив в основе. Возможно, мускарин. Но вряд ли только он. — она прямо посмотрела на Волка — Если я права, мы можем попробовать помочь ему. Но если нет, то лечение его убьёт. Что делаем?
— Пробуй. — Волк ни секунды не сомневался. В Эспер он верил. В то, что бездействие убьёт Амрена гарантированно, тоже. Поэтому сомнений не испытывал.
— Гладий. Мне нужна белена. Найди Онвера. Он поможет нарвать. Это ядовитое растение. Собирать аккуратно. Волк, сможешь донести Амрена до жилых домов?
Раздав распоряжения, Эспер помчалась было в сторону Крематория. Но была остановлена подошедшим Маором. Причём шёл он не один, а в компании пятёрки стражей.
— Что происходит? — поинтересовался он.
— Несём раненного, будем оказывать помощь.
— Это Амрен? Старший Смотрящий водоканала? И что он тут забыл? А ранен почему? Оружие? Волк, жду твоих объяснений.
Маор сделал пальцем круговое движение, стражи разошлись, беря Волка с Эспер в полукольцо.
— Вы чего творите? — взорвалась Эспер — У меня тут двое раненных, а вы, вместо помощи, допросы учинять будете? Это ваш лучший мир. Помогите донести их, оказать помощь. А там хоть обдопрашивайтесь!
Маор замер на мгновение, а затем коротко кивнул своим людям.
Те подхватили Амрена, на удивление аккуратно и бережно, один подошёл и предложил помощь Волку, от которой тот отказался. Процессия быстро двинулась в сторону Крематория.
— Ладно, глубокоуважаемая целительница. — голос Маора звучал добро, несмотря на весь гнев Эспер и напряженность ситуации — Пока идём, я бы хотел твою версию услышать.
— Смотрящий водоканала сам пришёл и сам напал.
— То есть, с твоих слов, это самооборона? Волк не виновен, виновен Амрен? Ты сама это видела?
— Нет. Всё видел Гладий. Ему доверять можно. Да и обычная логика в виде вопроса «Зачем это Волку» тоже работает.
— Зачем вопрос интересный. И идей можно выдать тьму тьмущую. Но допустим. Допустим. И зачем тогда лечить Амрена, которого ждёт Клетка? Не милосерднее ли было дать ему умереть?
— Он не виновен в том, что сделал.
— Это как? — Удивился Маор — Пришёл, напал и невиновен? Бездна попутала? Жнецы приказали?
— Он умирает не от ран. Волк не бил насмерть…
— Кстати, чем бил? Оружие запрещено. То, что ваш мальчишка утащил это всё куда-то, мы видели.
— Не бил насмерть — упрямо продолжила Эспер — Амрена отравили.
— Вот оно что. И чем? И с чего вообще такие выводы?
— Спутанность сознания, суженные зрачки, пена на губах. Нечувствительность к боли и выплеск всех резервов организма в одной короткой схватке. Я предполагаю, что яд на основе какого-то диссоциатива. Возможно, с мускарином. Учитывая здешнюю флору, это бешеный гриб либо аманит. И ещё. Судя по симптомам, травили долго и мизерными порциями, что вызвало наркотическую зависимость. Это вызывало измененное состояние сознания.
— Наркотик? Сам закидывался, может?
— Сомневаюсь. Аманит ещё применяют, как наркотик. Хотя тоже нужно умеючи. Бешеный гриб — почти всегда очень короткая дорога в один конец. Не думаю, что кто-то ради кайфа стал бы так рисковать.
— У наркоманов всё может быть.
— Может. Но сомневаюсь. В этом состоянии личности проще навязать какую-то мысль. Легче вызвать чувство ненависти, например. Или страсти.
