Максим спрыгнул с квадроцикла и что-то крикнул своим людям. Я снова закрыла глаза, чувствуя, как он поднимает меня на руки. Меня укутали в термоодеяло и усадили на квадроцикл. За все это время я не смогла произнести ни слова. Слабость слишком сильна, сидеть ровно было невозможно. Я медленно сползла в объятья своего мужчины.
— Держись, милая! Не засыпай! Не оставляй меня, — шептал он, — все будет хорошо. Я рядом. Я заберу тебя домой.
Макс пересадил меня вперед, а сам устроился так, чтобы управлять квадроциклом и не дать мне упасть. Его большие руки крепко меня обняли, и мотор зарычал. Конечно, он не отпустит меня и заберет обратно. Но как раньше уже не будет. Теперь я знаю правду. Знаю, кто он на самом деле!..
Максим внес меня в дом, где в гостиной уже ждал знакомый мне врач. Настенные часы показывали только три часа дня, значит, в лесу я была не так долго, как казалось. Получается, и Макс быстро вернулся, хотя что ему было делать в аэропорту, когда все уже случилось.
— К счастью, нет обморожения. Татьяна пробыла на морозе недолго, мы успели вовремя, — облегченно вздохнул доктор и стал намазывать мои ступни какой-то пахучей мазью.
— Таня, что ты делала в лесу? — строго спросил Максим, опустившись на колени передо мной, а я только разрыдалась в ответ.
Максим с такой болью смотрел на меня, что я никак не могла поверить в то, что он такое чудовище. Но снова кадры новостей перед глазами, опять эта страшная фраза — они все не больше, чем мясо. Нет. Я не могу.
— Что произошло? Ты хоть представляешь, что бы случилось, если бы я задержался?
— Почему ты приехал так скоро? — шмыгая носом, спросила я и поморщилась, когда врач проколол вену, чтобы взять у меня кровь.
— Потому что… мне нужна была ты. Заехал ненадолго тебя увидеть, а тут… Что произошло? Куда ты шла? Почему соврала отцу, что едешь домой и тебя ждет Дмитрий?
— Потому что узнала правду, — тихо ответила я, глядя в глаза мужчине, но он совершено не изменился в лице.
— О какой правде ты говоришь? — сухо переспросил он.
— Я знаю, где ты был, куда ездил. Знаю про самолет.
Вот теперь Максим действительно был шокирован. Его брови съехали к переносице, глаза прищурились, а губы вытянулись в одну тонкую линию.
— Закончите с ней и позовите меня, — Максим отдал приказ врачу и, не глядя на меня, ушел в кабинет.
Доктор осмотрел меня, дал выпить какой-то сироп, сунул в руки горячий тера-флю и послал за Максимом. Когда мой мужчина вышел в гостиную, то снова меня проигнорировал. Они с доктором отошли в другой конец зала и стали что-то тихо обсуждать, украдкой поглядывая на меня. Я не могла все это выносить, поэтому опустила взгляд в кружку, разглядывая ярко-желтую жидкость на дне.
— Допила? — кивнул на кружку Максим.
— Да, — я отставила ее на столик и хотела подняться, но у меня ничего не вышло, и Макс подхватил меня на руки, — куда ты меня несешь?
— В спальню. Тебе надо поспать, — холодный, как сталь, режущий острым ножом ответ дал понять, как Макс сердит.
Он уложил меня на кровать, а сам стал переодеваться в спортивный костюм. Я наблюдала за ним, не решаясь начать разговор. Молчание первым нарушил он.
— Я уеду до завтра. Тебя запру на ключ, чтобы ты больше не натворила глупостей. Принцесса останется с отцом, мы поговорим, когда вернусь, — отчеканил Максим, словно давал распоряжения прислуге.
— Ты меня запираешь?!
— Да. И я запрещаю всем домашним с тобой общаться. Еду будет приносить кто-нибудь из охраны.
— Это… это заключение? Теперь я твоя пленница? — стало дико страшно, хотя около часа назад я сама мужественно искала смерти. Макс видел мой ужас, но только довольно ухмыльнулся.
— До тех пор, пока не вернусь — да. Потом все решим. Сейчас у меня есть более важные дела, — он взял дорожную сумку и, даже не взглянув на меня, вышел из спальни, заперев за собой дверь.
Как и говорил Максим, мне приносили еду охранники. Пока один проходил в комнату с подносом, двое других караулили у двери, словно я могла сбежать. Ни Салима, ни Лизу я не видела, но подруга умудрилась передать записку, спрятанную в кусочке пирога. Она сообщала, что Макс был очень зол, запретил даже подниматься на наш этаж и пытаться выйти со мной на связь под угрозой увольнения. Но также Лиза обещала, что, что бы ни случилось, меня не бросит.
Поздно вечером ко мне в комнату снова пришли охранники, но на этот раз принесли стакан какой-то жидкости. Они не объяснили, что это, но приказали выпить, а когда я стала противиться, пригрозили, что иначе свяжут и введут раствор внутривенно. Это было что-то горькое с сильным травяным запахом, но, вопреки ожиданиям, я не отравилась. Напротив, на душе стало как-то спокойнее, и я почувствовала, как сильно хочу спать. Я уснула в одежде, даже не принимая на ночь душ.
— Доброе утро, спящая красавица. Пора вставать, — голос Максима, такой приятный и родной, прозвучал совсем рядом, и я улыбнулась от такого пробуждения, но страшные воспоминания вчерашнего дня вмиг отрезвили.
— Ты вернулся? — поднимаясь с кровати и не сводя с него глаз, спросила я.
