Все вокруг словно застыло в печали. Следы дичи были в изобилии. Казалось, там жили только те животные, которые или неслышно скрывались от глаза чужака, или из любопытства застывали на одном месте, пока пуля охотника не ставила точку в их жизни. Для них мы были пришельцами из чужого мира. Выстрелы раздавались со всех направлений. Однажды, когда мы наткнулись на стадо быков, дали по ним целый залп. Там было много деревьев, лишенных шипов, которые возвышались над окружающим кустарником. Наши лошади часто паслись на сладкой буйволовой траве, которая всегда растет под деревьями. С возвышенности бушвельд, насколько мог охватить глаз, выглядел сплошным лесом. Все дрожали при одной лишь мысли о том, что случится с тем, кто заблудится в этой местности, простирающейся на многие мили, где нет никакой воды и никаких следов, по которым можно пройти. Поэтому все спешили вернуться в лагерь, где был наш проводник.
К нашей большой радости, в первом же источнике была вода. Это был большой водоем, окруженный скалами, куда животные приходили на водопой. Мы прибыли туда днем, отдохнули несколько часов, и продолжили поездку со свежими силами. Так как фургоны двигались слишком медленно, мы поехали вперед; но следствием этого было то, что, когда стемнело, мы оказались без спальных принадлежностей, поскольку фургоны отстали и в темноте дорогу к ним мы найти не могли.
Мы стреножили своих лошадей на тот случай, если рядом окажутся львы, и собрали большое количество дров, чтобы можно было всю ночь поддерживать костер. Той ночью мы говорили в основном об охоте на львов. Потом мы собрались вокруг костра, как можно ближе к нему, и скоро забылись беспокойным сном, нам снились львы и другие дикие животные. Мне было очень холодно, и я не мог уснуть на голой земле, продолжая ворочаться, чтобы согреться теплом костра. Если бы мы догадались сделать два костра! В сражении мне случалось быть между двух огней и я не находил это приятным, но в данном случае это было бы неплохо.
Я проснулся и лежал в ожидании третьего костра – красного рассвета, но не в поэтическом настроении. За время войны я понял, что всему свое время. Дождь прекрасен, и холод дает энергию, но, чтобы все это оценить, самому должно быть тепло. Пока я лежал, четыре мула постепенно, щипая траву, приближались к нам. Я лежал и слышал звук, который они производят, когда с полным ртом откусывают стебли травы, и ожидал какую-то шутку с их стороны. Внезапно один из мулов упал на спину. Через мгновение все наши герои вскочили и были готовы защищаться от львов или хаки – кто что подумал. Я стал хохотать, и хохотал так, что меня слышали все гиены на милю вокруг, и охотники тоже глядя на меня, стали смеяться, так что мы разбудили весь лагерь. Этот небольшой эпизод разогнал мою кровь, так что скоро я окончательно проснулся.
Поскольку бюргеры разогнали всю дичь перед лагерем, президент и коммандант Бошофф согласились пойти впереди, чтобы иметь шанс увидеть многочисленные стада диких быков и крупных животных. Я пошел с ними. К несчастью, я забыл спросить нашего проводника, в каком направлении относительно солнца мы должны будем сегодня двигаться. Опытный охотник этого не забыл бы, поскольку он знает из собственного опыта, что, преследуя дичь, можно сбиться с пути. Мне пришлось дорого заплатить за свою забывчивость. Я поехал на некотором расстоянии слева от президента, но заботился о том, чтобы держать его в поле зрения. Но бур чудесным образом неподвластен любому начальству, и непонятным образом некоторое время спустя два бура появились слева от меня, и я понял, что, если бы я их не заметил, они оказались бы передо мной и распугали бы всю дичь. Поскольку водоем, к которому мы направлялись, казался излюбленным местом для водопоя животных, я взял еще левее от них. Водоемы переходили один в другой, соединяясь многочисленными извилистыми руслами, иногда поросшими высокой травой, иногда голыми. Я не замечал, в каком направлении мы движемся.
Через некоторое время один из мужчин ранил быка, и они оба поехали к водоему. Я поехал дальше, намереваясь пересечь водоем немного в стороне, чтобы не ехать по их следам, и на противоположной стороне водоема увидел рыжего быка, и ранил его так сильно, что казалось, что стрелять еще раз нет необходимости, и спокойно поехал к нему. Но, когда я пересек водоем, бык исчез, я стал искать следы крови, но скоро бросил, чтобы не терять из виду других двух человек. Однако, как оказалось, они были уже далеко, потому что я их уже не видел и не проследил за направлением, в котором они удалились от меня, преследуя раненого быка, а их след на траве был невидим для моего неопытного глаза.
