Наиболее трудным будет первый этап. Произойдет некоторое падение уровня жизни, но исчезнет, наконец, неопределенность, появится ясная перспектива.
Главное, что не на словах, а на деле мы начнем наконец вылезать из трясины, которая засасывает нас все глубже.
Если пойдем по этому пути сегодня, ощутимые результаты получим уже к осени 1992 года.
Если не используем реальный шанс переломить неблагоприятный ход событий, обречем себя на нищету, а государство с многовековой историей – на крах. <…>
Российское хозяйство серьезно расстроено. <…>
В последнее время идет буквально рублевая интервенция в Россию, где покупают товары, а взамен оставляют “деревянные” рубли, тем самым увеличивая и без того огромный разрыв между денежной и товарной массой.
Я призываю всех граждан России понять разовый переход к рыночным ценам – тяжелая, вынужденная, но необходимая мера.
Хуже будет всем примерно в течение полугода. Затем снижение цен, наполнение потребительского рынка товарами, а к осени 1992 года, как я обещал перед выборами, – стабилизация экономики, постепенное улучшение жизни людей. <…>
Серьезную тревогу вызывают растущие масштабы организованной преступности. Она все больше влияет на дестабилизацию общества, безопасность граждан, экономику. <…>
Только за прошлый год в целом по стране пресечена деятельность около одной тысячи организованных преступных групп, ими совершено почти три с половиной тысячи опасных преступлений. <…>
Метастазы организованной преступности все активнее проникают в структуры государственного аппарата республик, краев и областей, во внешнеэкономическую деятельность, кредитно-финансовые отношения [78].
Напомню, сию картину, с фрагментами уже свершившегося апокалипсиса, Б.Н. Ельцин нарисовал 28 октября 1991 года. Нарисовал не только самокритично, но еще и, признавая, что это он сам персонально, вступив в альянс с бойкими подельниками, вот так вот Россию и ухайдокал. Но, Господи, что же с этим человеком, с Президентом могло такое непоймешное произойти за период с октября 1991 по октябрь 1993, что выпал он из очевидных виновников творимого со страной, а в статус лютейших врагов реформ и, соответственно, блага им даруемого, возведены им были народные депутаты, они же – красно-коричневые, они же – коммуно-патриоты?
Вспомним. Ведь это И.С. Силаев, назначенный
И, хуже того, «реформаторы» при этом еще так умудрились, используя СМИ и прочие средства воздействия на умы, проживающих в стране, что вконец затурканное и оневежденное население впало в состояние наиполнейшей уверенности будто бы во всем виновны – ну, наконец-то! – не жиды, а исключительно советские Советы. Впрочем, похоже, что сотворить сие делом было весьма несложным, ибо народу на протяжении многих десятилетий так и внушалось: власть – это Советы народных депутатов. Народ ведь как-то даже и не заметил, что в России, после введения в 1991 году поста Президента РСФСР, конституционным правом был воспринят принцип разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную, и внесен в действующую Конституцию. СМИ, находящиеся в руках сторонников псевдореформ, так оболванили незатейливое население, настолько оболванили население, что оно считало виноватым в своей неустроенности, в нищете, в своем скудожитии не
И все это в то самое время, когда народные депутаты, и, в первую очередь, депутаты Верховного Совета, стремились к тому, чтобы
Однако взгляд Президента Б.Н. Ельцина из Кремлевского кабинета, похоже, испытывал значительные аберрации под влиянием множества темнейших личностей, главу страны посещающих – Гайдар, Бурбулис, Шахрай, Шумейко, Шохин, Чубайс… Что ни субъект – инфернально-криминальное наваждение.
Замысел о свержении советской власти, о прекращении функционирования Верховного Совета Российской Федерации возник в голове Ельцина задолго до Черного октября. Об этом он в своей книге «Записки президента»: «Начало сентября. Я принял решение. О нем не знает никто. Даже сотрудники из моего ближайшего окружения не догадываются, что принципиальный выбор мною сделан. Больше такого парламента у России не будет. <…>