Пакет с попкорном полетел на пол. А из-за того, что гравитация на Станции была всего вполовину от стандартной, выглядело это весьма феерично.
— Ох, простите, пожалуйста! — преувеличенно эмоционально воскликнула Сол, незаметно подавая условный знак Жаку, что он может приступать к делу. — Я не специально! Я сейчас всё уберу, — она плюхнулась на четвереньки и принялась ползать по полу, сгребая рассыпанные зёрна.
— Что вы, что вы, не стоит, — смутился Пэрриш, тоже опускаясь на корточки. — Я сейчас кликну пылесос.
Он предпринял неуклюжую попытку отобрать у Сол пакет, но она не собиралась так легко сдаваться.
— Нет-нет, я сама! Право, мне так неловко…
Разумеется, всё это было тщательно отрепетированным спектаклем; в действительности она внимательно следила за Жаком. Как только таможенник отвлёкся, мальчуган тотчас же принялся претворять в жизнь свою часть плана. Ему предстояла гораздо более нетривиальная задача: подключиться к компьютеру и успеть ввести данные другого человека — так, чтобы таможенный диспетчер ничего не заподозрил.
К счастью, всё прошло гладко. Когда Сол и мистер Пэрриш поднялись с пола, на монитор была выведена фотография — миловидное девчоночье лицо и паспортные данные Зельды Бланкет.
Сол удовлетворённо перевела дух. Эта девушка — лучшее, что они нашли в базе данных. Большее сходство с Жаком имел разве что сам Жак.
Расчёт был на то, что таможенник не будет особенно приглядываться, и уж тем более не станет настаивать на дополнительных проверках. На панели сканера лежал документ — на самом деле, болванка, пустышка, изготовленная вчера из старой корочки, но Пэрриш об этом, естественно, не знал. И, конечно, у него не было никаких оснований подозревать, что данные, отобразившиеся на экране, введены вручную.
Секунда, другая. Жак опять непроизвольно потянулся к чёлке, но замер под пристальным взглядом Сол. И, наконец, вожделенное:
— Всё в порядке. Можете идти.
Оказавшись в кабине Вольтуриса, Жак первым делом содрал с головы парик и с чувством воскликнул:
— Никогда больше не соглашусь на такое!
Сол негромко рассмеялась.
— Радуйся, что не пришлось наряжаться в платье.
На Йорфс они прилетели поздно ночью. В серо-чёрном, будто подёрнутом пепельной дымкой небе ещё вовсю горели неприветливые тусклые звёзды.
Спать не хотелось совершенно: по их биологическим часам было утро, поэтому Сол вручила Жаку учебные материалы по языкам Йорфса и велела заняться делом.
Корабль они не покидали, но Сол разгерметизировала кабину — адаптироваться к густому воздуху Йорфса следовало постепенно. Снаружи бушевал ветер. Из приоткрытого шлюза было слышно, как о скалистый берег островка исступленно колотятся холодные морские волны.
Хенрик появился только утром — встрёпанный, невыспавшийся, с красными глазами.
— Счастливый день, — Сол заговорила первой, не дожидаясь приветствия. — У нас… Нештатная ситуация. Моему спутнику нужно безопасное место. Срочно. Желательно где-нибудь повыше, в горах. Разумеется, транспорт я оплачу.
Хенрик метнул любопытный взгляд на Жака, но коротко кивнул, и, не задавая лишних вопросов, полез за телефоном.
Солнце уже подобралось к зениту, когда за ними прилетел вертолёт. Сол очень не хотелось бросать Вольтурис на острове, но делать было нечего: сделать катер невидимым и неосязаемым было не в её власти.
Пришлось оставить корабль под охраной Хенрика, который со скорбным видом героя-мученика остался дежурить на островке: видно было, что ему до жути хочется отправиться вместе с Сол и Жаком.
— Пилот — наёмный, — шепнул он на прощание. — Не из наших. Будьте осторожнее с разговорами.
— Стесняюсь спросить: а как мы с ними будем рассчитываться? — негромко пробормотал Жак, когда громоздкий чёрный вертолёт, надсадно вращая пропеллерами, начал подниматься в воздух.
— Не волнуйся, это не проблема, — Сол хлопнула себя по нагрудному карману, где лежало несколько слитков платины. — Благородные металлы здесь в цене. Правда, придётся заглянуть в обменник.
Летательный аппарат аборигенов не мог похвастаться ни скоростью, ни маневренностью; вдобавок, его ощутимо потряхивало, а рокот пропеллеров был такой, что в салоне можно было сидеть только в наушниках. Сол терпеливо глядела в окно, на плескавшееся внизу море, усеянное островками и рифами. Через некоторое время пейзаж сменился: море уткнулось в скалистый берег, и вертолёт начал забирать вверх.
Должно быть, отсутствие массового скоростного транспорта — одна из причин, по которой население распределено по планете столь неравномерно, подумала Сол.
Они приземлились на высокогорном плато; воздух здесь был чище и более разряжённый.
— Ты как? — спросила она у Жака. Вид у того был неважный.
— Нормально.
Густаф Грин встретил их у входа в отель. По выражению его лица было видно, что он не прочь услышать объяснения, однако из вежливости не спешит инициировать разговор сам.
