— Большинство людей этой планеты на это не готовы. Они не готовы отказаться от двигателей внутреннего сгорания — и пересесть на велосипеды и самокаты. Они не готовы отказаться от смены гардероба каждый сезон — и ходить в одной и той же куртке десять или хотя бы пять лет. Они меняют гардероб дважды в год, каждый сезон, лишь в угоду моде, выбрасывая на свалку почти новые вещи. И это касается не только одежды, а вообще всего… Понимаешь теперь, какая задача стоит перед нами? Изменить сознание, мировоззрение и образ жизни миллиардов — это тебе не корабли по космосу гонять! — впервые за всё время их знакомства Густаф Грин повысил голос. — Это — тяжёлая работа, на которую уйдут годы и десятилетия. Победить внешнего врага несложно; победить своих внутренних демонов — куда труднее.
Сол прерывисто вздохнула.
— Не думала, что я когда-нибудь пожалею, что стала пилотом, — прошептала она. Повернулась, посмотрела на Грина.
Он выглядел как побитая собака. Во взгляде его читалась целая гамма эмоций: от стыда и страха до безрассудного отчаяния и упрямого, по-детски абсолютного патриотизма.
Как бы то ни было, Йорфс был его родиной, и он ни за что не променял бы свою Родину на другую, пусть даже несравнимо лучшую.
Когда она вернулась к Вольтурису, то обнаружила, что корабль на острове не один. Рядом стоял Фалькон.
Сол едва не застонала. Если Альтаир опять станет читать ей мораль… Не глядя на его катер, она прошла в свой корабль и молча запустила предполётную диагностику.
— Сол, — Альтаир по обыкновению не стал тратить время на приветствие, — что ты здесь делаешь?
Она пропустила его вопрос мимо ушей.
— Я спрашиваю, что ты делаешь на Йорфсе и почему полетела сюда без моего ведома?
Ей показалось или в голосе Альтаира послышалась угроза? Она круто развернулась.
— А что не так?
— До меня дошли недобрые слухи, — Альтаир выглядел озабоченным. — Якобы власти изменили свою позицию относительно Йорфса. И мне это не нравится. Если они вознамерятся уничтожить планету, мне будет сложно им помешать.
— Что за чушь! — с надрывом воскликнула Сол. Губы её тряслись от переполнявших эмоций. — Хватит!
— Я хочу тебе доверять… — начал Альтаир, но был прерван гневным возгласом.
— Что-о? Доверять?! Как ты можешь вообще заикаться о доверии?! Если бы ты по-настоящему доверял мне, ты рассказал бы мне всё! А ты… Ты скрыл правду! И если бы не моя сегодняшняя прогулка по Йорфсу, я бы до сих пор пребывала в счастливом неведении!
Альтаир сделал шаг вперёд, сокращая разделявшее их расстояние, но Сол не дала ему приблизиться.
— Я не лгал тебе… — он говорил спокойно, но с точки зрения Сол сейчас любые его слова выглядели как жалкая попытка оправдаться.
— Да-а, верно, ты не лгал, — она яростно мотнула головой. Непонимание и злость на аборигенов, которые сами сотворили это со своим единственным домом, лишала её последних крупиц самообладания. — Напрямую. Ты всего лишь недоговаривал! Утаивал самое главное. Зачем, объясни мне. Зачем, Альтаир?
Он сделал ещё один шаг ей навстречу. Сол попятилась назад и уперлась спиной в пульт управления.
— Они не хотят, чтобы мы их спасали, — рыдая, выдавила она. — Не хотят ничего менять. Не хотят, понимаешь? Они сами делают всё для приближения гибели своей планеты — войны, уничтожение контрабандных продуктов, поджоги ради древесины… Они предпочитают ездить на автомобилях, сжигая жидкое топливо, вместо того чтобы дышать чистым воздухом. Они играют в свои глупые бессмысленные войны вместо того чтоб тушить пожары. Ты всё это знал, ведь так? Почему ты не рассказал мне? Почему не раскрыл мне все карты сразу?
Альтаир шумно втянул в себя воздух. Когда же он заговорил, Сол едва не охнула от удивления. Она ждала чего угодно, но только не этих пропитанных отчаянием слов, произнесённых тихим, срывающимся, надломленным голосом.
— Я… Я испугался, что эта часть правды оттолкнет тебя, и ты не станешь помогать. Я боялся потерять твою лояльность… и твоё доверие. А жители этой несчастной планеты… Поверь, они не все поголовно такие. Среди них немало тех, кто осознаёт истинное положение вещей, кто не хочет с ним мириться и готов пожертвовать комфортом ради жизни.
— Мы не сможем изменить мировоззрение миллиардов, — прошептала Сол, вспомнив слова Густафа Грина. — Если только… — Если только завтра в небе над Йорфсом не зависнут наши крейсеры. Если только мы не заставим их измениться. Как и предлагала Грета.
— У меня нет столько кораблей, — неохотно отозвался Альтаир, и по его тону Сол поняла: он всерьёз обдумывал такой вариант. — А даже если бы и были, сначала нужно будет вывести из строя их ПВО. А это война, Сол.
— Для начала можно попытаться просто поговорить, — Сол вытерла глаза рукавом. — Но не с подпольщиками вроде Греты и Хенрика, а с настоящим правительством. С теми, в чьих руках сосредоточена власть. Не нападать, нет. Но силу нашу продемонстрировать. Пусть увидят. Тогда, может быть, будет результат.
— Если наши парламентёры смогут добиться аудиенции на высшем уровне. Если их словам поверят. Если…
