Редкое исследование обходится без попыток хоть какой-то систематизации и классификации. В литературе это дается нелегко, а в остросюжетной — особенно. В самом деле, в каком порядке расставить сотни, если — не тысячи книг, выпущенных нашими издательствами за последний десяток лет. Поток остросюжетной литературы в эти годы был настолько велик, что даже завзятые собиратели детективов отказались от попыток иметь все и всех в своей коллекции. И не только финансовые проблемы тому виной. К сожалению, процентов сорок или больше этих замечательно изданных под всевозможными серийными грифами толстых и не очень толстых томов, должны бы носить одну-единственную метку, предложенную большим знатоком фантастики В.Ревичем — нуль-литература. Литература ни о чем и не о чем. Литература, не имеющая ни сюжета, ни языка, ни стиля…
Теперь попытаемся систематизировать то, что выросло на чахлом российском поле за последние 10 лет. Ни в коем разе в попытках классификации нельзя полагаться на вкусы десятков издательств. Если верить им, то в стране издаются и “новый русский детектив”, и “криминальный роман”, и “классический детектив”, и “остросюжетный детектив”, и “стильный детектив”, и “эротический детектив”, и просто экологический… Словом, сколько издательств, столько и видов детективов.
А мы, между тем, рискуя навлечь на себя гнев издателей и возмущенное удивление читателей, осмеливаемся заявить, что в наши дни в нашей стране истинно детективной книги в первоначальном понимании этого слова и обладающей всеми признаками классического детектива просто… нет. Или почти нет. Есть эротика. Есть экология. Есть крутизна. А детектива — нет.
Небесполезно напомнить, что детектив подразумевает расследование, движение по следу и лишь потом, скорее всего, в конце книги — раскрытие преступления. Мы не знаем преступника. Мы только видим преступление — убийство, грабеж и т. п. И только идя по следу, оступаясь и ошибаясь, одну за другой обнаруживая двусмысленные улики и увязывая их в одно звено, мы шаг за шагом раскрываем преступление… Много ли мы видим книг, содержащих это действие? Другое дело — когда преступник известен с первых страниц и наш герой, яростно ломая сопротивление, кулаком и пулей восстанавливает справедливость. В конце концов все враги (если остались живы, конечно) схвачены и переданы в руки правосудия. Именно из этого ряда полковник Мазур, бандит Евгений Монах и все “бешеные”, “меченые”, “слепые” и “седые”.
Интеллектуальный детектив тихо умер, уступив свое место крутому триллеру или боевику (как угодно). Бал в русской остросюжетной литературе правит сегодня триллер. Он и только он — главное действующее лицо.
Конечно, в своем исследовании мы будем искать детектив. Думается, отыщем и его. Но главным останется триллер. Он определяет интерес читателей и, соответственно, тиражи книг. Он и выводит “раскрученную” книгу в разряд бестселлеров, т. е. книг, имеющих наивысший тираж, думается, в наши дни тысяч сто-двести экземпляров. Только незнанием элементарных вещей можно оправдать явление в мир таких серий некоторых издательств, как “Российский бестселлер”, “Новый русский бестселлер” и т. д., в которых тиражируются книги мало известных авторов, да и написанные, как принято говорить, “левой ногой”. Очень часто эти “бестселлеры” потом пылятся на книжных развалах или в магазинах, нимало не интересуя читателя и компрометируя саму идею… Словом, если на клетке с тигром написано “лев”, это просто означает, что издательство, выдавая тигра за льва, пытается решить финансовые проблемы. Можно объяснить и превалирующее в современной беллетристике преобладание триллеров над истинным детективом: в нестабильном государстве всегда так — легче быстрее схватить известного злодея, нежели долго и кропотливо идти по следам неведомого… Может быть, не случайно и в реальной жизни 7 из 10 заказных убийств так и остаются нераскрытыми. Что же мы хотим от писателя?
Но все же, думается, стоит договориться, что все, что связано в нашей литературе с поиском преступника, мы продолжим для удобства называть детективом.
