Когда женщина бежала по широкой мраморной лестнице, гигантского размера стеклянная люстра с разнообразными свисающими сосульками оборвалась и полетела вниз, разбиваясь на тысячи мелких осколков и придавив заднюю часть бархатного зеленого платья. Казалось бы, этим мгновением все закончилось. Секунды шли – огонь поглощал все, что попадалось ему на пути; разум потухал, адская боль от удара в груди заглушала царившие шум и хаос, но сердце продолжало выполнять свою работу: биться, гонять адреналин по всему телу. Благодаря детскому голосу, звучавшему наверху за запертой дверью, надежда и силы не покидали хозяйку. Она аккуратно поднялась со ступенек, вырвала кусок ткани от платья, а затем, цепляясь за уцелевшие и не пострадавшие от огня перила, поторопилась дальше. Дым заполнял легкие, но женщина не сдавалась. Она шла по коридору к той самой двери, из-за которой несколько секунд назад раздавался детский голос. Часть огня успела и сюда пробраться. Шторы справа на окнах горели, падали, штукатурка трескалась и осыпалась на пол, дорогие обои чернели мгновенно. Прямо перед женщиной в эту секунду рухнул кусок от потолка, подняв облако пыли. Она успела отскочить в сторону. Кашель мучил, раздирал горло, но та продолжала идти к двери.
Женщина дернула за покрытую золотом ручку, но в комнату войти не удалось. Оказалось заперто, ключи наверняка находились у мужа или служанки, которых в горящем особняке не оказалось. В волосах шпилек, к несчастью, не было. Пришлось плечом со всей силы толкать деревянную дверь.
Первый удар… второй… третий… четвертый… Несмотря на боль в груди, кровоточащие раны от осколков стекла и раздирающий кашель после пятого раза женщина ворвалась в детскую комнату, в которой дым успел заполнить все. Спальня погрузилась в туманный мрак и тишину. Женщина кинулась искать и звать по имени малышку, что в это время сидела в уголке возле своей кроватки с плюшевым мишкой в обнимку. Девочка не кричала, не звала. Ее слезы застыли. Когда женщина схватила на руки ребенка, обнимая и целуя, маленькое хрупкое сердце больше не стучало.
– No! No! No-o-o-o-o!!! – заполнил комнату крик материнской боли и отчаяния.
В черном небе третий раз пророкотал зловещий гром, а после полил сильный ливень.
Эта ночь жестоко пробралась в дом, забрав самое ценное у семьи – две жизни – любимую дочь и мужа. Любовь, веселье, смех, надежды и разговоры за ужином навсегда покинули родное место. Время на часах остановилось.
Я тут поняла одну вещь, сидя за столом в одиночестве и ковыряясь ложкой в тарелке. Этот дом пропитан воспоминаниями, которые мне являются в образе снов. Только вот бы знать: к чему все и как связано со мной? Некоторые из них забывались мгновенно, другие помнились отчетливо.
«Помоги мне!»
Самое странное здесь то, что, сколько бы я таблеток ни пила, Голос никогда не затыкался.
«Хватит притворяться глупой! Ты все знаешь».
– Кто ты? – спросила я вслух.
Со стороны выглядела глупо. В комнате никого не было. Мать по утрам редко со мной завтракала. У нее, как она выражалась, «дела». Хотелось бы узнать, какие именно, потому что мне ничего неизвестно насчет ее профессии, да и жизни в целом. Эти бесконечные собрания по вечерам с «аристократами» ничего не означали для меня. Мое обязательное присутствие почему-то требовалось. Зачем? Для чего? Знала только мама. Я лишь должна не вмешиваться и не задавать глупые вопросы. Создавалось ощущение, будто я являлась пешкой в продуманной игре, где все подчинялись главарю – Лилиане Сойлер.
– Ну и почему ты не отвечаешь? – поинтересовалась после долгой паузы.
Тишина. Ясно. Это все мои галлюцинации. На самом деле никакого Голоса не существует. Я, видимо, больна и страдаю шизофренией, постоянно что-то забываю или ничего не помню.
«А ты никогда не задумывалась, кто тебя сделал такой?»
– Действительно, – усмехнулась я, запив соком. – Послушай, если серьезно, то что ты хочешь? Почему поселилась именно в моей голове? Почему я только слышу тебя?
«Я хочу, чтобы ты кое-что вспомнила», – весело отозвался Голос.
– И что же?
«То, из-за чего ты перестанешь быть глупой дурой!»
Я молча закатила глаза, продолжив завтракать в тишине. Каждый раз, когда задавала этот вопрос, ответ был один и тот же. Пытаться вспомнить какую-то чепуху или заткнуть вторую личность, которая хочет занять мое место? Ответ очевиден.
«Нет! Не делай этого!»
Достав упаковку с маленькими таблетками из кармана халата, закинула в рот одну и запила соком.
