Так продолжалось снова и снова. Вновь и вновь. Я глушила видения, воспоминания, галлюцинации. Они рвались ко мне, словно звери, но я убегала от них, пряталась. Так продолжалось до тех пор, пока тьма не догнала меня и не забрала к себе, разрушив все мои планы на сегодняшний финал игры.
Как только я вышел на улицу под дождь, в голове у меня вспыхнула довольно интересная картина – королева в белом платье в лабиринте, по стенам которого ползли трещины, а в следующий миг – Безликий с сердцем в руке.
Потом все исчезло, а передо мной появилась Анна собственной персоной с зонтом в руках. Уж кого угодно, но ее встретить здесь я точно не ожидал. Она подошла ко мне вплотную, но стоя рядом с ней под зонтом, все, что я чувствовал, – как невидимая змея обматывает шею и шипит мне в ухо, будто предупреждая об исходящей от бессмертной опасности.
Дождь не прекращался, Анна молчала, убивая меня взглядом. В ее глазах не отражалась ни тьма, ни ненависть, ни обида, но, время от времени я замечал в них странную искру. В какой-то миг на месте бессмертной оказалась королева моих кошмаров – в моем видении она тянула руку к моему лицу. Когда галлюцинация исчезла, я схватил дочь Белинского за запястье, не давая ей ко мне прикоснуться, и процедил:
– Что ты здесь делаешь?
Грустная улыбка расцвела на лице бессмертной, когда она вырвала руку из хватки.
– Пришла убедиться, что с тобой все в порядке. Мы не виделись с тобой с момента аварии.
Я оглянулся и обнаружил, что там, где только что сидел отец Каролины, теперь никого не было. Только желтая лилия не исчезла – так же одиноко стояла в вазе в пустом заброшенном кафе. Значит ли это, что ведьма все еще где-то здесь поблизости? Я с подозрением посмотрел на Анну.
– Что тебе известно о планах отца? – напрямую задал я вопрос, построив вокруг нас невидимый барьер, который скрыл наше местонахождение. Нас не могли ни найти, ни подслушать.
Анна вновь наградила меня улыбкой, но на этот раз сердитой.
– Отец, отец, отец, – раздраженно сказала она, закатывая глаза. – Я для всех вас не существую вообще, да?
В этот момент Анна стала напоминать ребенка, на которого близкие не обращали внимания, но зато ею пользовались другие, чтобы получить важную информацию о ее влиятельных родителях. Я устало выдохнул, ведь отчасти все так и было. Несмотря на то что Анна вызывала во мне только отвращение, я все равно пользовался ею, зная, что она давно в меня влюблена, когда приходилось что-то узнать о замыслах Белинского. Бессмертная была всего лишь пешкой, от которой я мог избавиться, если она перестанет приносить пользу.
– Как только мы все стали вампирами, всех стало волновать одно – власть и месть, – последнее слово бессмертная произнесла с такой ненавистью, словно собралась кого-то отравить.
Однако если бы не ее откровение, я бы не собрал весь пазл происходящего и не выяснил бы, чего Белинский жаждал теперь больше всего. За убийство сына он хотел лишить меня трона. Какая сладкая и глупая месть одновременно. Я на миг даже пожалел, что в прошлом спас Белинского от смерти, обратив его в бессмертного. К моему сожалению, некоторых людей новая жизнь погубила и испортила их еще больше. Теперь я понимал, насколько тяжело было Каролине нести этот груз – осознание, что она не спасла на самом деле никого от смерти, а столкнула всех в пропасть, к тьме.
– Ни один не поинтересовался, как я себя чувствую, когда я пришла в себя после аварии! – Анна, видимо, решила выплеснуть все, что накипело у нее внутри. – Первым, что я услышала от отца, когда собралась войти в его кабинет в ту ночь, было это мерзкое «да очнется она, куда денется». – Бессмертная горько усмехнулась. – Действительно, куда я денусь?
– Мне жаль, что все так вышло.
Я знал, что мои слова прозвучали фальшиво, глупо и бессмысленно, но ничего другого сказать Анне не мог.
– Да ничего тебе не жаль! – чуть ли не на всю улицу воскликнула бессмертная. – Тебе плевать на всех, кроме себя, – прошипела она, словно змея, и в глазах сверкнуло алое пламя.
– Ты пришла сейчас, чтобы убедиться, что я в порядке, или сказать, какой я эгоист, мразь и тому подобное? – равнодушно остановил я Анну. – Я и без тебя знаю, какой я, Анна. – Наклонился так, что теперь наши глаза находились на одном уровне. – Увы, другим быть не могу и не подстраиваюсь под чьи-либо ожидания.
Глаза бессмертной свернули алым пламенем, а змея, что все это время тихо шипела мне в ухо, зашипела громче, и я понял, зачем на самом деле здесь появилась Анна – она пришла не одна, а с подругой-ведьмой, которая пряталась сейчас за углом. Меня хотели отвлечь от готовящегося преступления в центре Бен-Йорка. Усмехнувшись, я схватил Анну за руку и переместился с ней на крышу главного небоскреба, находившегося в части Нового мира, как называли жители это место. Указав тростью в сторону, где располагался гигантский лабиринт, поглощающий постепенно границы города, прошептал Анне на ухо:
