Голова раскалывалась, адская боль разрывала меня на части. Я хотела встать с кровати, но сил не было, поэтому пришлось смириться и лежать, дожидаясь восстановления. Прикрыв глаза, я увидела, как король посмотрел на черные розы, плетущиеся вокруг двери, и пошел дальше по лабиринту. Значит, не одной мне попадались те проклятые цветы. Стало даже интересно, кого Александр посетил во сне и почему не смог освободить от тьмы. Чувствуя, что легче не становится, я взяла короля за руку и, закрыв глаза, погрузилась в лабиринт.
Я прошел несколько поворотов в лабиринте и стал замечать, что чем дальше, тем стены становятся темнее, а жуткий холод все больше и больше пробирает до костей. Несколько лепестков алых роз упали, когда я остановился возле очередной двери. Интересно, сколько их здесь? И неужели Каролина абсолютно всех бессмертных погрузила в сон? Следила ли за происходящим богиня смерти? Знала ли она, что задумала Каролина? Вопросы окутали меня. План королевы был гениален и безумен одновременно. Я не знал и даже боялся представить, что будет, когда мы всех освободим от тьмы, а все розы в лабиринте станут белыми. В голове крутилась, конечно, одна мысль, но я ее прятал подальше и молился, чтобы она не возвращалась.
Сжав трость, я открыл наконец дверь и оказался в библиотеке.
Темные дубовые шкафы, гигантские, точно небоскребы, окружили меня со всех сторон. Я усмехнулся – понял, что нахожусь сейчас в библиотеке у себя дома. Именно здесь я всегда пытался найти ответы на вопросы, копаясь в архивах и записях из личных дневников. В какой-то степени эта библиотека даже стала лабиринтом, отправляющим меня в прошлое. Здесь я многое узнал, а также именно в библиотеке ко мне приходили идеи о новых правилах и законах, которые позже я вводил в мир бессмертных, посовещавшись предварительно с Алом и отцом Каролины. Проходя мимо очередного шкафа, я подумал, что встречу кого-то из них, но когда свернул направо, увидел дочь Белинского, сидящую за длинным столом. Я удивился – совершенно не ожидал, что здесь будет именно Анна. После недавнего разговора с ней я еще больше убедился, что она, как и все бессмертные из мафии ее отца, была двуличной мразью.
– В этом сне я готова застрять навсегда, – произнесла Анна, и в ее глазах мелькнула боль.
Это было что-то новенькое. Дочь Белинского обычно либо пожирала меня хищным взглядом, либо флиртовала, когда мы были наедине. Сейчас же передо мной как будто сидела другая Анна, которая решила растоптать свою гордость и отдаться соблазну тьмы.
– Почему? – поинтересовался я, подошел к свободному стулу с высокой мягкой спинкой и сел.
– Потому что здесь только мы с тобой, – улыбнулась Анна, но боль в ее глазах не угасла. – Здесь нет ни моего отца, для которого я всего лишь пешка, ни твоей сестры.
Пешка отца? Какое неожиданное откровение я услышал от Анны. Я задумался. Члены Совета подталкивали меня извиниться перед Белинским и жениться на его дочери. И если раньше это казалось мне абсурдным, то сейчас до меня начало доходить, что к чему и почему за моей спиной плели лживые грязные сплетни.
– Твой отец хочет отомстить мне за смерть сына, – проговорил я, складывая пазл. – Он знает, что я заражен, и хочет воспользоваться этим.
Анна кивнула и вздохнула, а затем в ее глазах сверкнул огонь ярости. Как быстро ее чувства и эмоции менялись, однако.
– А еще он знает, что у тебя нет никакой сестры, – процедила она.
В библиотеке давило напряжение, а свет пару раз мигнул, когда Анна наградила меня ненавидящим взглядом.
– Почему? – прошипела бессмертная, точно змея. – Почему ты выбрал ту, кто создала эти чертовы лабиринты и убила моего брата?
Я усмехнулся, когда до меня дошло, в какой именно тьме тонула бессмертная. Она напоминала котенка, с которым поигрались, подарили ему тепло, а затем все отняли и выбросили на улицу, потому что он им надоел. Для Белинского дочь стала всего лишь красивой статуэткой, которой можно было похвастаться, и пешкой, от которой он мог избавиться, когда отомстит врагам. Анна понимала это и поэтому возненавидела Кару, ведь если бы королева не убила ее брата, Белинский не потерял бы рассудок и не зашел бы дальше во тьму. Ну и любовь… Извращенная, ядовитая любовь. Анна в меня влюблена. Вот только все, что она думала, что знала обо мне, на самом деле – ложь.
– Она тебе что-то внушила, да? – прищурившись, спросила Анна. – Или ты ее любишь и поэтому готов прикрывать все ее преступления?
Поставив локоть на спинку стула, я заглянул Анне в глаза. Котенок снаружи, но змея внутри – вот как можно было охарактеризовать бессмертную. Ее лишили тепла, родительской любви, в то время как брат бессмертной все это получил. Ревность, зависть, обида – это превратило Анну в змею и погрузило во тьму.
– Если я тебе отвечу на эти вопросы, что получу взамен?
Анна растерялась было, но уже в следующее мгновение пришла в себя и с хитрой ухмылкой ответила:
– А что ты хочешь?
