Экиммонуд выпустил клыки и приготовился напасть, но я опередила его – внушила, чтобы он замер и погрузился в сон. Он не двинулся с места и закрыл глаза, мы с королем двинулись дальше, обходя и стараясь не задеть тварей. Розы, плетущиеся по каменным стенам, изредка сбрасывали белые лепестки.
Чем дальше я шла, тем сильнее ощущала присутствие Безликого.
– Что будет с остальными бессмертными, которых мы не посетили во сне? – поинтересовался король, когда мы прошли очередной поворот.
– Когда лабиринт рухнет, тела всех бессмертных превратятся в прах, а души встретят Безликие и либо отправят их проживать то, что они не отпустили в прошлом, из-за чего и творили зло, либо дадут шанс на новую жизнь. Здесь уже все зависит от цвета их роз, – объяснила я и провела рукой по холодной каменной стене.
С каждым шагом нас встречало все больше и больше белоснежных роз, а холод отступал и растворялся в стенах. В голове всплывали воспоминания, наполненные светом и радостью: мы с королем бегаем в сиреневом саду, играем в прятки, смеемся над шутками Ала, кидаем друг в друга снежки, кружим маленькую Надию, танцуем под «Вальс кукол», который играем по очереди с Ангелиной. Цепляясь за эти моменты, я будто уничтожала в себе тьму. Вот появилась картина, где я, Анжи и Ангелина слушаем мамины сказки, а после бегаем вокруг клумбы, пока отец обнимает маму, – я зажмурилась и согнулась от адской боли в сердце. Александр схватил меня за руку, не давая упасть. Я слабо улыбнулась, когда увидела, как в его правом глазу ненависть танцевала танго с беспокойством.
Под ногами проползли несколько черных змей, а по стенам пробежались пауки, заставившие меня отскочить. Король усмехнулся и покачал головой, когда я скривилась. Да, меня пугали эти твари, а не тьма короля, которая вскоре станет моим правосудием.
Пройдя еще несколько поворотов, мы наконец-то добрались до середины лабиринта – до места, где несколько сотен лет назад все началось, а сегодня все и закончится. Здесь меня нашла и пробудила Лилиана. Здесь я стала сердцем проклятого лабиринта. Здесь нас ждало правосудие. Здесь я поделюсь с королем последней чудовищной правдой, после которой его тьма положит всему конец, а я завершу игру с богиней смерти.
Из черного тумана вышли несколько фигур Безликих и окружили нас с Александром. Я улыбнулась королю, в то время как он сжал челюсть, борясь с яростью, что разгоралась все сильнее и сильнее: до него начинало доходить, что я задумала, что скрывала с самого начала, как мы выбрались из лабиринта разума. В этот момент к нему вернулись воспоминания, и, пересмотрев их, Александр улыбнулся так, что внутри у меня все сжалось и покрылось трещинами. Несколько лепестков роз закружились вокруг в вальсе, а затем упали на нашу одежду, и в следующее мгновение ее цвет обновился на белый, словно художник, рисующий нас на холсте, решил перекрасить наш наряд. Возможно, это все означало, что, несмотря на тьму, которая должна уничтожить лабиринт, наши с Александром души после завершения игры не попадут вновь в прошлое, а освободятся от проклятия. Но по взгляду его величества я поняла, что розы и все происходящее здесь его мало интересовало. Он жаждал узнать правду. Кое о чем он и сам уже догадался, но хотел убедиться, что правильно собрал пазл.
– Всему этому безумию должна была положить конец твоя тьма. Все свои силы я использовала на тех, кого захотела освободить, – и я боролась за них до последнего, – проговорила я, чувствуя, как сейчас убью правдой того, чья тьма также стала и моим светом. – Я перевернула шахматную доску в истории, не дала сбыться некоторым видениям и переделала план, чтобы не только обхитрить богиню смерти и не дать ей сделать нас и всех, кто был мне дорог, своими пешками, но и заставить тебя остановить сердце лабиринта.
Каждое слово, точно нож, резало сердце на куски. Каждое предложение, словно ядовитые шипы, пронзало душу. Правда была монстром, которого мы все это время не замечали, но именно он нас медленно и убивал. И если моя настоящая мать предала свою семью и небесный мир ради любви к смертному и захотела доказать, что изменит его, то я пожертвую собой и совершу любое безумие ради того, чтобы спасти семью и тех, кто готов сам меняться и отпускать прошлое. Я создам себе кучу масок и придумаю тысячи способов, как перевернуть шахматную доску и обыграть богиню смерти, но при этом никогда не дам ей прописать всем тот финал, которого моя семья и друзья не заслужили. И пусть правда будет медленно убивать нас с королем, но зато я знаю, что сделала все возможное, чтобы освободить от тьмы тех, кого и толкнула когда-то в ее объятия.
В лабиринте вдруг снова стало холодно. Безликий вытянул руку, в которой держал сердце, розы сбросили белые лепестки. Король, что до этого боролся с яростью и ненавистью, неожиданно обреченно выдохнул. Воцарилась удушающая тишина. Мы будто балансировали на острие лезвия. Не выдержав, я решила заговорить первой:
