Прокконен долго молчал, слегка теребя больную руку. Потом тихо заговорил, словно объяснял сам себе:
— Дурацкое, конечно, дело — самозаготовки. А почему они существуют, да еще разрастаются? Вроде поганок в лесу... Лес всем на строительство нужен, нужен до зарезу. Вот и ищут люди, где деревце срубить. Много, конечно, и жулья, на беде руки греют... Гнать надо, гнать. А нам — наращивать объемы заготовок и обязательно культурно вести дело. Ты давай все эти вопросы обговори еще в отделе и прими участие в подготовке проекта постановления Совета Министров СССР. Надо туда входить.
У себя в кабинете Ковалев долго думал: что вложил в свое «фьюить» председатель Совмина? У Прокконена опыт общения с руководством большой, он на всяких работников в директивных организациях насмотрелся.
Резко зазвонил телефон. Из Москвы звонил министр.
— Ковалев, здравствуй. Завтра вечером тебе надо быть у меня.
— По какому вопросу, Георгий Михайлович?
— Приедешь — узнаешь. Руководитель хозяйства должен уметь отвечать на все вопросы в любое время. Будь здоров.
Когда на второй день вечером Ковалев вошел в приемную министра, там, кроме секретаря, сидел еще один человек.
Ковалев поздоровался с секретарем и поклонился сидящему человеку.
— Вы не знакомы, Сергей Иванович? — быстро проговорила секретарь министра. — Это министр Литвы товарищ Курис.
Курис — высокий сухощавый шатен с открытым добродушным лицом, ласковыми карими глазами. Выглядел он немного старше Ковалева.
Не успели Ковалев с Курисом перекинуться несколькими словами, как обоих вызвали к Орлову. Министр и начальник управления сырьевых баз министерства стояли возле длинного стола — не в центре кабинета, а у самых окон, оба рассматривали какую-то большую карту, разложенную вдоль стола.
Орлов вяло подал руку Ковалеву и Курису, снова повернулся к карте, словно забыв о вошедших, и минуты две молча ее рассматривал. Потом быстро прошел к себе за письменный стол, на ходу указав Курису и Ковалеву на два мягких кресла возле небольшого приставного столика. Начальник управления сырьевых баз остался у карты.
— Вот что, дорогие товарищи, — заговорил Орлов, — есть указание вышестоящих органов об организации на территории Карелии леспромхоза, подчиненного Минлеспрому Литвы. — Орлов сделал паузу и посмотрел на обоих министров. Курис не сводил с Орлова глаз, подавшись в его сторону насколько позволяло глубокое кресло. Ковалев же сдвинул брови и поджал губы: «Еще одного самозаготовителя навязывают. Я голову ломаю, как старых убрать, а они новых стряпают».
— Ты, Ковалев, должен понять, — словно прочитав мысли Ковалева, продолжил Орлов, — что это не самозаготовитель, а леспромхоз наш, родной для тебя и для меня. Кубометры, заготовленные этим леспромхозом, не будут, конечно, засчитываться в выполнение плана Карелией, но в план Минлеспрома Союза они входить будут. — Видя, что выражение лица Ковалева от этого разъяснения ничуть не смягчилось, министр решил сразу поставить точки над «i». — Вопрос этот в Совете Министров решен, и карельским руководителям я уже позвонил. Ясно все?
— Ясно, Георгий Михайлович, — поспешил ответить Курис.
— Это должен быть первоклассный леспромхоз, — повысил голос Орлов, — с планом полмиллиона кубометров в год, не меньше, с сырьевой базой миллионов тридцать добротнейшего леса, оснащенный новой техникой, работающий по последнему слову передовой технологии. Понял, Курис?
— Понял, Георгий Михайлович, — бодро ответил сияющий Курис.
— Ничего ты еще не понял. Ты считаешь, этот человек, — он показал рукой на Ковалева, — сидит и думает, как бы помочь своему новому другу Курису организовать хозяйство, как ему выделить получше лесной массив для этого леспромхоза... Наивный человек! Ковалев сидит и думает, как бы тебя загнать в такое болото, из которого никаким трактором не вытащить. Поэтому я и вызвал вас обоих к себе. Мы сейчас должны договориться по всем вопросам. Ковалев, есть такой кусок леса с тяготением к железной дороге МПС?
— Нет, Георгий Михайлович, такого куска нет.
— А поменьше?
— Все, что можно было задействовать к железной дороге, Георгий Михайлович, все работает. К сплаву такой кусок надо искать.
— Пошли к карте, — скомандовал Орлов.
Ковалев сразу понял, что спорить нельзя. Спор приведет к одному: в Петрозаводск выедет группа работников с заданием министра найти хороший кусок леса, и он будет найден, даже в ущерб Карелии. Но ему было страшно обидно, что в лесах, закрепленных за его хозяйством, будет работать литовский леспромхоз. Его, Ковалева, вынуждают идти на огромные перерубы южных массивов и в то же время заставляют отдать такой кусок леса за будь здоров! Нет, такого леспромхоза не будет в Карелии. Как все получится — он еще не знает, но этому не бывать, это точно!
— Ну-с, давайте посмотрим предприятия, тяготеющие к железной дороге. Показывай, Сергей Иванович.
Через пятнадцать минут министр убедился, что свободных массивов с примыканием к железной дороге нет.
— Показывай к сплаву, — распорядился Орлов.