В лучах заката полностью

– Когда вы пришли завтракать с новыми синяками, несложно было сложить два и два. – Лиам наконец поднял на меня взгляд. – Пожалуйста… пожалуйста, будь осторожна. Мысль о том, что он бьет тебя… толкает… за это мне хочется его убить.

– Это просто спарринг. Мне нужно тренироваться.

– А ты не могла попросить Вайду?

Я начала заводиться.

– Ты что… на что-то намекаешь?

Я не хотела объяснять все это Лиаму. Я не обязана ничего объяснять. Это не имело к нему никакого отношения. Но когда я захотела отойти от него, парень меня удержал.

– Нет, проклятье, конечно нет. Прости. Не в этом дело. – Лиам закрыл глаза и вздохнул. – Я нашел диск в той машине. Помнишь, от которой почти ничего не осталось? В бардачке. Я принес его, потому что он напоминает мне о тебе.

Я вернула коробочку на место.

– Прости. Я сегодня, и правда, не с той ноги встал, – пробормотал парень, снова обратив на меня взгляд своих голубых глаз. И возмущение, которое вцепилось в меня острыми когтями, тут же ослабило свою хватку. – Ты имеешь право заботиться о себе, но мысли об этом все равно выводят меня из себя. Но это все лицемерная чушь, если сегодня утром я сам уже почти ударил тебя.

Он провел весь день, перетаскивая всякий хлам, стараясь навести какой-то порядок – и это после того, как брат обвинил его в мятеже. Конечно, он имел право на меня злиться.

Я присела на край кровати.

– Ты же меня не ударил, нет. Это правда! Я бы не вмешалась, если бы не была уверена, что смогу остановить тебя. – Я взяла его за руку, прижала его большой палец к ладони, а потом накрыла его остальными. – К тому же, ты держал кулак вот так – а это верный способ сломать большой палец.

Я прижалась губами к костяшкам, показывая, что это только шутка. Наконец-то – наконец-то – Лиам вознаградил меня улыбкой.

Его мягкая хлопковая рубашка слегка задралась на спине, обнажив полоску светлой кожи. Я захотела дотронуться до нее – и дотронулась. Потом я задрала рубашку повыше, мягко провела по его телу пальцами. И еще раз. И еще.

– Так приятно, – прошептал он. – Останешься? Не хочу видеть никого, кроме тебя. Не сейчас.

Лиам отодвинулся к стене – молчаливое приглашение улечься на узкую койку рядом с ним. Сейчас это казалось таким чудесным и таким простым: я точно знала, что мы подойдем друг другу, будто нас сразу создали вместе как одно целое.

– Как ты? – спросила я, перебирая пальцами полу его рубашки. Лиам обхватил меня рукой за талию и притянул поближе. Все недавно выстиранные вещи отдавали чистящим средством и хлоркой, и его рубашки пахла так же. Но за ней была его теплая кожа с ароматом хвои и мятной зубной пасты. И все это был Лиам.

Запах подействовал на меня как наркотик. Я старалась ровно дышать, чтобы успокоиться.

– Просто устал как собака, милая.

Окутавшая нас тишина подарила первый за многие месяцы миг затишья, настоящего покоя. Неярко светила лампа, рядом с моей щекой равномерно поднималась и опускалась его грудь, его тепло смешивалось с моим. И вот я еще бодрствую, и пальцы Лиама осторожно теребят мои растрепавшиеся волосы, а вот я проваливаюсь в расслабленную сладкую дремоту.

Меня пробудил от сна легкий поцелуй.

– Пора ужинать, – позвал меня Лиам, и его голос после сна тоже звучал хрипло. – Только что в коридоре об этом кричали.

Но мы оба даже не шелохнулись.

– Что ты делала сегодня? – спросил парень, немного помолчав. – Я даже не спросил…

– Ты уверен, что хочешь знать?

Он отодвинулся от меня, и его взгляд стал более настороженным.

– Я обеспечила нам доступ в личную коллекцию файлов Клэнси. Не считая списков детей, которые ушли из Ист-Ривера, и данных об их последнем известном местонахождении, по большей части это электронная коллекция кошмаров.

– Как ты получила доступ?

Теперь был мой черед отправить в его сторону пристальный взгляд.

– Как обычно.

Я внимательно наблюдала за его реакцией, уже ощущая, как эти слова повисают между нами, отдаляют нас друг от друга, как непрошеное напоминание. Вот кто я. Вот что я делаю.

Но Лиам принял это как должное.

– Там было что-то насчет лекарства?

– Немного об экспериментах, которые ставили в Термонде, чтобы выявить причину. Но… выяснилось, что к концу марта Термонд собираются закрыть.

– Вот черт, – сказал он. – Мне жаль.

– Коул все равно хочет его атаковать.

– Что ж… я думаю, два месяца – это лучше, чем две недели, – пожал плечами Лиам. – Мы с этим разберемся. Но если я кое-что у тебя спрошу, могу рассчитывать на честный ответ?

Я сразу же напряглась.

– Твоя идея насчет интенданта, предложение назначить меня главным по снабжению… это утешительный приз?

– Что ты имеешь в виду?

– Это способ удержать меня здесь? Я имею в виду, держать меня в тылу. Когда начнется заварушка с лагерями, меня оставят здесь ждать и надеяться, что хоть кто-то вернется целым и невредимым?