В нашем распоряжении горница – комнатка площадью в 20 м. Она вся уставлена домашними цветами.
К наступлению Нового года едва успеваем справиться с множеством неотложных дел. Ведь только к вечеру наши 322, 328 и 330-я дивизии покончили с врагом в Белеве, и нужна безотлагательная перегруппировка сил. Ни о какой дневке говорить не приходится. Нужны новые задачи и помощь идущим к Сухиничам и Думиничам 324, 239 и 323-й дивизиям. Двигались дальше и дивизии, находящиеся в резерве, – 325-я и 326-я. Особенно трудно со снарядами и минами, с эвакуацией и лечением раненых, с фуражом. Обостряется нужда в людском пополнении.
Часто выхожу на улицу просто послушать и посмотреть. На дворе сильная стужа – мороз больше 25°. Хорошо, что без ветра. Полнолуние. Безоблачно. Светло. Под ногами скрипит. Войсковая жизнь в городе-гарнизоне не утихает, но в нашем квартале довольно тихо. Видишь только отдельных связистов, ординарцев, бойцов охраны и офицеров Полевого управления армии. Мысли от сегодняшних дел и забот невольно переходят на прошлое Козельска. Этот небольшой город близ Оки имеет героическое прошлое. «Злой город!» – так он вошел в историю славной борьбы русского народа с татаро-монгольскими захватчиками. На долгое время козельчане задержали их большие вооруженные орды под стенами города в жестокой, кровавой, но неравной для себя борьбе не на жизнь, а на смерть.
Славен и только что освобожденный от современных захватчиков Белев. И Епифань, и Богородицк, и совсем поблизости находящееся от них Куликово поле.
Не зря и не случайно все эти места, начиная со Старой Рязани и южнорусской засечной полосы, с их историей и судьбами занимали так часто мои думы. Ведь это моя, наша Родина! Отчизна наша с ее многотрудной и большой жизнью, с ее невиданной по всенародному подъему героической борьбой сегодня, с ее торжеством над вражьей силой завтра. Кажется, что вот здесь, в этих местах, с особой силой ощущаешь, сколь кровными узами прошлое народа связано с его нынешними битвами за честь, свободу и независимость Отечества.
И в этом прошлом мы черпаем могучие силы, как и от призывов нашей мудрой ленинской партии. Нас оно, далекое прошлое, в переживаемые тяжелые дни, когда ненавистный враг все еще недалеко от Москвы, воодушевляет прежде всего бесчисленными проявлениями личной и всенародной стойкости и храбрости, упорства и выдержки, самоотверженности и ненависти к поработителям.
Меня родная история каждодневно и тем более в трудные часы и минуты убеждает в непобедимости нашего великого народа, народа-богатыря. Убеждает в неистребимом стремлении самых широких масс добиться победы над незваными пришельцами, захватчиками. А вместе с тем учит практическому умению вести войну с сильными и многочисленными врагами. И это не все. Может быть, самое важное состоит в том, что, впитывая уроки истории, я учился верить в советского бойца, глубоко уважать и высоко ценить его как воина-гражданина.
Хочется подчеркнуть: все сказанное для нас было не лирикой, а боевой практикой, суровой в те дни действительностью.
Встретили мы 1942 год в обычном составе: оба члена Военного совета – Т.Л. Николаев и С.К. Кожевников, адъютант В.П. Филимонов, секретарь Военного совета Н.Н. Виттих и я. Минут на 10 зашел С.И. Любарский.
Большой «семейный» тульский самовар, бутылка водки, настоящие рюмки из «горки» Анны Васильевны, кусок вареного мяса, хлеб, чай с сахаром – богатая основа новогоднего стола.
Тост за Родину и партию, тост за Красную Армию и нашу победу. Тост за жен и детей. Целый час в праздничной дружеской обстановке. И снова дела…
Первейшей нашей целью было освободить Сухиничи. Здесь сходилось три железные и восемь грунтовых дорог. Они вели на Вязьму, Смоленск, Рославль, Брянск, Белев, Тулу, Калугу. Овладев этим узлом, армия и фронт значительно улучшали базирование своих войск и маневрирование их силами.
Для занятия Сухиничей мною было назначены 324-я и 239-я дивизии. Я был уверен, что их стремительным ударом с ходу эту задачу удастся выполнить.
Данные о противнике в районе Сухиничи и в обширном районе к северу, западу и югу от них были отрывочны и во многом неясные. Мы знали, что после потери рубежа Оки гитлеровские войска перед фронтом 10-й армии постепенно стягиваются к городам Мещовск, Сухиничи, Думиничи и Жиздра. Понимали, что германское командование намерено оборонять эти города и прилегающие к ним районы с тем, чтобы выиграть время для подвода своих резервов из глубины Германии и из Франции. Было известно, что такие резервы в полосу 10-й армии уже стали подходить.
Непосредственно к Сухиничам шли главные силы немецкой 216-й пехотной дивизии. Командовал ею генерал-майор фон Гильза. Дивизия спешно перебрасывалась из Франции. Как выявилось позднее, общая численность сухинического гарнизона достигала 9 тыс. солдат и офицеров.
К Думиничи, Зикеево и Жиздре, с одной стороны, отходили сильно побитые части, а с другой – подбрасывались свежие. Густые леса и глубокий снег привязывали войска обеих сторон к дорогам и населенным пунктам. За них и развертывалась особенно упорная борьба.
