В этот момент в зал вбежала служительница музея. Крик усилился вдвое. Перепуганный Сенечка продолжал исступлённо писаться, как застоялый жеребец.
Андрей заметил у своих ног сияющий золотом камень, схватил его и крикнул:
– Бежим.
Вся стая рванулась с места, как испуганные воробьи. Пролетели по лестнице мимо изумлённого льва. И тут обнаружили, что Сени нет.
Далеко позади раздался детский вопль.
– Ребята, помогите! Спасите! – пронзительно кричал схваченный врагами Семён.
Нижняя часть Андрея пытались бежать дальше. Но верхняя, там, где в груди трепетало сердце, уже повернула назад. Друга надо спасать! От несогласованности действий собственного тела он грохнулся. Ободрал коленки. Потекла кровь. Попытался вытереть её ладонями, но размазал еще больше.
– Ребята, бегите. Я вернусь за Сенечкой.
– Я с тобой, – решительно заявил согнутый тяжкой виной Бармалей.
Новое пришествие окровавленного Андрея в компании со скрюченным Бармалеем, было эффектным. Сотрудники, державшие Сенечку, замерли.
– Отпустите его. Он не виноват. Мы больше так не будем, – решительно заявил Андрей, протягивая окровавленные руки.
Что-то внутри его разума подсказало, что вид истекающего кровью невинного создания вроде него должен вызвать сочувствие.
Сеня горестно рыдал.
Появился высокий строгий дядька в костюме. Сразу видно, начальник. Окинул взглядом поваленную витрину:
– Что случилось?
Бармалей скособоченно выступил вперёд и поведал правду-матку:
– Это я поскользнулся и упал. Мокро. Дождь был.
– Ноги вытирать при входе не учили?
– Хотел, но коврика нет.
Начальник укоризненно взглянул на подчинённых и о чём-то спросил.
– Экспонаты целы? – услышал Андрей.
– Вроде бы… – неуверенно ответила служительница.
Андрей незаметно вынул камень из кармана и протянул начальнику:
– Вот, тут один закатился к двери. Я подобрал, чтобы не затоптали.
Золотистый янтарь сиял на окровавленной детской ладошке.
Дядька задумчиво взял:
– Больше ничего не закатилось к двери?
– Нет. Честное пионерское.
– Хорошо. Врача надо вызывать?
– Это… просто коленкой шмякнулся.
– Цела коленка?
– Цела.
– Протрите героя перекисью. И зелёнкой. Запишите фамилии мальчиков и где живут. И положите коврики, пусть посетители ноги вытирают.
Возвращение было триумфальным. Впереди шёл Андрей с забинтованной коленкой. За ним – гордый всеобщим вниманием Семён. Девочки наперебой расспрашивали его. Последним тащился угрюмый Бармалей. Он горестно крутил головой и, наверное, опять корил себя.
– Во что вы играете? – спросила его бабушка как-то вечером.
– В шпионов, – признался Андрей. – Следим за всеми.
– Понятно. Но ведь есть же и другие занятия. Я, например, люблю читать, гулять, или вязать, или разговаривать с друзьями.
– Я знаю, – многозначительно сказал внук.
Утром, когда он проснулся, бабушка уже ушла. Наверное, на рынок. На столе обнаружил записку:
«Власть – Советам! Земля – народам! Смерть – шпионам! Завтрак – на столе!»
Лето закончилось, как кончается всё хорошее. Они ехали в Москву в похожем поезде. Словно киноплёнку откручивали назад.
– Ба, можно тебя спросить?
– Попробуй.
Мальчик задумался. Узнать хотелось так много, а слов было так мало.
– Не… Забыл, что хотел сказать. Потом вспомню – спрошу.
Андрей перебирал свои вопросы. Кто были многочисленные знакомые бабушки? Почему они симулировали болезни? Почему бабушка святая?
– Ба, – снова позвал он.
– Да.
– Возьми меня на будущий год ещё.
– Обещаю, – тихо сказала бабушка.
Андрею стало хорошо. Он знал, её слово верное.
Учебный год тянулся бесконечно. Что может быть хуже ожидания? Наверное, беспокойство. Беспокойство в нём поселилось прочно. Прошедшее лето засеяло мозг огромным количеством неизвестных семян, и теперь они давали всходы. Он не мог разобраться, что проросло в его разуме. Мыслить оказалось сложно. Новые образы, обрывки фраз, воспоминания смешались в густую поросль. И чтобы на месте бурьяна появился сад, требовались прополка и укладка дорожек.
В декабре папа, увлекавшийся марками, показал новый блок, посвящённый советско-индийской дружбе.
– Тут бабушка изображена, – сразу отметил Андрей намётанным взглядом художника.
– Вообще-то это Индира Ганди, премьер-министр Индии. Но и вправду похожа, – удивился папа.
Но Андрей понимал, что сходство было поразительным. Новая загадка была как морской ветерок, прилетевший из далёкой волшебной страны.
В школе он взялся сделать доклад про «прогрессивного лидера дружеской Индии». Часами сидел в библиотеке, разглядывая фотографии в газетах и на страницах «Огонька».
Он узнал, что в 1977 году Индира Ганди проиграла выборы и ушла в отставку, но в 1980-м вновь стала премьер-министром.
– Когда бабушка ушла на пенсию? – спросил он папу. Почему-то в глубоко в душе он уже знал ответ. Просто хотел себя проверить.
– Зачем это тебе? Не помню. Лет пять назад. Точно, в семьдесят седьмом. Ты тогда болел очень…
Андрей чувствовал, что наткнулся на загадку, которую его разум не в силах постичь. Постепенно тайна потеряла свою остроту. Так человек привыкает к мысли, что обязательно умрёт.
На следующее лето они вновь поехали в Прибалтику, но через Ленинград.
