У кофейни, находящейся в одном из жилых домов на первом этаже, с большими окнами по всему периметру, цвели две сакуры. Рясно усыпанные цветами нежно-розового цвета, небольшие деревья стояли в огромных кадках у входа, завораживая красотой. Раньше Фэй их здесь не видела. Залюбовавшись красотой, так ярко оттеняющей серость улицы, она не заметила, как Йен стал фотографировать её.
— Пойдём, попьём кофе. Ты ведь хотел мне ещё рассказать про детектива.
Смущение и неловкость… Ей не хотелось, чтобы люди пялились на них. Жизнь стала другой, более опасной и недолгой. Конечно, было безумно приятно окунуться в те дни и предаться ностальгии, но на душе всё равно не было радостно. Видения, которые её мучили, не давали думать ни о чём другом. Она знала, что обижала Йена своим скрытым недовольством и будто бы отказом, но не могла иначе. Он простит. Наверное.
Заказав два латте с вишнёвым сиропом, они молча сели за столиком у окна. Приятный интерьер в светло-серых тонах, разбавлялся живыми цветами на каждом столике и приятной музыкой. Фэй смотрела в окно, понимая, что всё испортила, а Йен не знал, с чего начать разговор. Он беспокоился за неё и как можно дольше хотел оттянуть этот разговор. Понимал, что происходило, что-то серьёзное.
— Вот номер детектива, — он протянул ей визитку и с серьёзным намерением разузнать всё, прямо посмотрел ей в глаза. — Расскажешь, зачем ты поехала к родителям Тары?
Поджав губы, Фэй взяла в руки керамическую чашку и сделала несколько глотков кофе. Как рассказать о том, что не укладывалось в голове? Со стороны, для него, её видения, наверняка покажутся бредом. Ведь невозможно объяснить то, что нельзя прочувствовать самому. А с другой, ей больше некому было довериться. Йен — единственный человек, которого она хорошо знала. Во всяком случае, она так думала.
— Детектив сказал, что Тара пропала неделю назад, а письмо от неё пришло мне только вот, — несмело начала рассказывать Фэй, не зная точно, к чему приведёт этот разговор.
— И ты решила навестить её родителей? Но ведь детектив наверняка…
— Она жила в общине. И достаточно закрытой.
— Вот как? — удивлённо поднял брови Йен. — Но как ты смогла туда попасть?
— Я уже была там однажды, вместе с Тарой. Несколько лет назад, — ненадолго замолчала Дзы и опустила взгляд в чашку, которую слишком крепко сжимала в руках.
— Там что-то произошло? На тебя напали? Фэй?
Бархатистый голос Йена казался обеспокоенный, но в то же время, будто менял тональность, переливаясь в более грубый с хрипотцой. Фэй думала, что ей показалось, и собиралась ответить «нет», чтобы он не тревожился, но столкнулась с холодным и серьёзным взглядом глаз. Тех самых, которые видела при нападении гулей. Не зная, как реагировать, девушка откинулась на спинку стула, интуитивно стараясь оказаться подальше от невидимой опасности. Зажмурившись и тряхнув головой, мужчина с минуту смотрел вниз себе под ноги, а после вновь поднял голову. На неё снова смотрел Йен своими синими глазами.
— Фэй, я… Не хотел тебя как-то напугать. Просто… Поездка в общину — это слишком опасно. С тобой могло случиться всё что угодно, ты ведь была одна, без сопровождающего, — быстро и обеспокоенно говорил Йен, блуждая взглядом по её лицу, понимая, что чем-то напугал.
— Всё нормально, — натянуто улыбнулась Фэй, опасаясь очередных метаморфоз. — Я узнала, что Тара жила сама, в другом городе. Ушла из общины. Но что произошло в тот день, никто не знает.
— Наверное, кто-то отправил письмо за неё, — выдвинул предположение Йен, стуча пальцами по столу. — Но тогда она должна была написать его заранее или же написал кто-то за неё.
— Всё возможно, но это её почерк.
— Позвонишь детективу?
Ответить она не успела, по радиотрансляции, которую включили громче, передавали срочные новости: