Его волосы были растрепаны, глаза сверкали. Тренвит устремился к Ардженту и Морли, но тут его беспокойный взгляд упал на Имоджен. Она готова была поклясться, что когда Тренвит увидел ее, на его лице отразилось облегчение и радость.
Герцог быстро подошел к инспекторам, и они о чем-то оживленно заговорили. Время от времени Тренвит посматривал на Имоджен, и ей почему-то хотелось плотнее запахнуть свой легкий пеньюар. И хотя под ним была еще и ночная рубашка, ей казалось, что Тренвит разглядывает ее наготу. Может быть, мужская сила и проницательность наделяли его способностью видеть нагое женское тело сквозь одежду? Такое предположение, конечно же, было нелепым. Если бы Тренвит действительно обладал способностью видеть ее насквозь, то наверняка узнал бы в ней Джинни. Однако он не догадывался о том, что леди Анструтер и Джинни – один и тот же человек. Но все равно Имоджен было не по себе.
Вчера ночью она поступила опрометчиво, поцеловав Коула, а затем позволив ему поцеловать себя. Это было опасно и могло дорого ей стоить. А что если бы Коул узнал в ней Джинни? Ей нельзя было сближаться с ним!
Встав со скамейки, Имоджен на дрожащих ногах направилась к мужчинам. Почему Коул выглядел таким обеспокоенным? Как он попал в сад? В ее душу закрались ужасные подозрения. А что если после их ночного разговора Коул впал в безудержную ярость, граничащую с умопомрачением? Это могло толкнуть его на преступление…
Имоджен видела, как дернулась голова Тренвита после фразы, которую бросил Морли. Было ли это обвинением, после которого Коул взбеленился?
Коул резко повернулся и быстро зашагал к Имоджен, инспекторы бросились вслед за ним.
– Вы думаете, что это сделал я? – накинулся он на хозяйку дома.
– Я этого не говорила, – попыталась оправдаться Имоджен, вытянув руку так, как будто хотела защититься от герцога. Как ни странно, это подействовало на него. Он резко остановился в нескольких шагах от нее. Его протез поблескивал в лучах утреннего солнца. – Я только сказала инспекторам, что, по моим сведениям, вы были последним, кто оставался в саду, когда я уходила к гостям. Но это же правда! И еще я сказала, что вы угрожали сорвать мои планы.
– Из всего этого можно сделать определенные выводы, – промолвил Морли.
Его холодные голубые глаза внимательно следили за каждым движением герцога.
– Не надо спешить с выводами, инспектор, – процедил Коул сквозь зубы. – Я бы никогда в жизни… Как вы могли такое подумать!
Он сжал челюсти с такой силой, что на его скулах заходили желваки.
Коул вдруг вспомнил, как ужасно вел себя сегодня ночью в саду. Он вцепился в горло Имоджен. Что она могла подумать о нем, о его намерениях после этого? Кроме того, он угрожал графине, пытался заставить ее отказаться от своих планов. Его поцелуй тоже можно было расценить как уловку, как попытку сбить ее с толку, заставить подчиниться его воле.
Коул отвел глаза в сторону, но Имоджен заметила промелькнувшее в них выражение стыда и раскаянья. Это было хорошим знаком. Судя по всему, герцога мучили угрызения совести.
– Никто не обвиняет вас в изнасиловании и убийстве, Тренвит, – примирительным тоном промолвил Арджент, пытаясь разрядить напряженную остановку.
– Пока не обвиняет, – поправил его Морли, буравя герцога колючим взглядом.
– Мы устанавливаем время совершения преступления, – продолжал Арджент. – Скажите, как долго вы пробыли в саду после ухода леди Анструтер?
Инспекторы ни словом, ни взглядом не намекнули на то, что их общение в саду наедине было явным нарушением правил приличий, и Имоджен была благодарна им за сдержанность и тактичность.
– Я сразу же ушел, – бросил Коул и добавил, снова подняв глаза на Имоджен: – Поскольку мне ясно дали понять, что я здесь нежеланный гость.
– И с тех пор ничего не изменилось, – заявила Имоджен, скрестив руки на груди.
Ей было зябко не только от утренней прохлады.
– Леди Анструтер, есть ли у вас недоброжелатели, люди, которые испытывают к вам сильную антипатию? – спросил Морли.
– У меня? – удивленно переспросила Имоджен.
– Да, у вас есть враги?
– Кроме человека, который стоит сейчас рядом с вами? – уточнила графиня, указав подбородком на Коула.
Ее руки все еще были скрещены на груди. Ей казалось, что такая поза помогает ей выстоять, не рассыпаться в прах во время этого неприятного разговора.
Тренвит сжал кулаки. Он кипел от ярости.
– Я могу доказать, что не убивал леди Бродмор, – заявил он.
Его глаза метали молнии.
– Мы вас слушаем, – с готовностью промолвил Арджент.
Тренвит подошел к телу и опустился на одно колено.
– Посмотрите на следы от пальцев.
И он приложил свои пальцы к синякам на шее леди Бродмор. Присутствующим сразу стало ясно, что рука герцога много больше и шире руки преступника.
– К тому же тот, кто задушил эту женщину, использовал обе руки, – добавил герцог.
Имоджен едва сдержала рвущийся из ее груди вздох облегчения. Слава богу, Коул не был убийцей! Ее захлестнула волна теплых нежных чувств.
