Одна ночь любви. Но сколько же она принесла печальных последствий. Для меня.
Для него.
Для нас.
Прошлое не исправить, не переписать, не стереть. Можно лишь что-то забыть, но в лабиринте памяти то и дело можно вновь наткнуться на призраков прошлого.
В то утро после ночи любви, Эрик ушел, не прощаясь. Я не искала новых встреч. Да и зачем? Но лишь до тех пор, пока не узнала, что во мне осталась частичка Эрика.
Сегодня утром, когда он пришел ко мне в номер утром, где-то далеко -далеко, в лабиринтах памяти, я поняла, что ждала. Все эти годы ждала, что передумает и вернется. К той, кого целовал, но не любил.
— О чем задумалась?
— О музыке.
— Расскажешь?
— О музыке не говорят: ее либо исполняют, либо просто слушают.
Не думаю, что вспомнит, это было вечность назад. Но Эрик прищуривается и мое сердце пропускает удар, а затем начинает биться с удвоенной скоростью. Облизываю резко пересохшие губы, Эрик сканирует мой жест взглядом и произносит то, от что чего я готова провалиться сквозь землю.
— Губы твои, как маки…
Ну зачем мне надо было, чтобы он меня вспомнил? Зачем?!
Ту, чьего имени даже не знал.
Ту, что лишил невинности в первый же вечер знакомства.
Ту, от которой ушел с первыми лучами солнца...
— Это была ты.
Не вопрос, утверждение. А я молчу. Мой ответ все равно уже ничего не даст. Прошлое уже оставило свой отпечаток на наших сердцах.
Включать дурочку уже глупо. Вот она женская логика во всей красе. Только вот для чего? Самооценку поднять? Мне это давно уже не нужно. Тогда к чему это всё? Знаю и не хочу признаваться даже самой себе, ведь признание означает, что раны есть, и они могут закровоточить в любой момент.
Эрик все еще ждет от меня ответа. Что ты хочешь услышать? Правду? Но станет ли тебе от нее легче?
Усмехаюсь, ко мне вновь возвращаются силы, и прежняя Кристина Серова вновь берет бразды правления.
— Все в прошлом, Эрик.
Мужчина отводит взгляд, и я не успеваю прочесть эмоции, промелькнувшие в его взгляде, когда он возвращает взгляд своих небесных глаз на меня он не читаем. Что ты чувствуешь?! Хочу спросить, но гордость не позволяет. Я итак, почти, стою на коленях.
— Конечно, в прошлом, кто же спорит. Но ты могла уже давно мне об этом сказать, а не выставлять меня дураком.
— И в мыслях не было, Эрик. Просто это давняя история.
Эрик делает шаг в мою сторону и хмурясь разглядывает мое лицо.
— Ты не представляешь, сколько я пытался понять ты ли это. Я ведь даже имени твоего тогда не запомнил.
— Ты и не спрашивал.
Я отворачиваюсь снова продолжаю идти. От себя не убежать, от Эрика теперь и подавно. Но я все равно хватаюсь за мизерный шанс. Я не хочу даже в мыслях возвращаться в тот период, когда узнала, что беременна, и что Эрик чужой муж.
Удар под дых.
Ведь, итак, все было ясно с самого начала. Он ведь намекнул мне этой песней. Но тогда я было не только наивной, но и глухой.
Я была временной заменой.
Утешением.
Мимолётным.
Даже без имени.
