Когда Государь скрылся в салоне машины, следом поднялись немногочисленные свитские – Волынцев заметил группу старших офицеров Военного министерства (как потом выяснят, среди них не будет начальника ГРУ генерал-полковника Штанникова и начальника Главного оперативного управления Генштаба генерал-полковника Шмидта, благодаря этому они останутся живы), министр внутренних дел Карл Генрихович Дариус (только чудом на самолет не попадет Путилов – его оставят в Санкт-Петербурге «на хозяйстве»), генерал Свиты ЕИВ Антон Берг. После них и после многочисленной охраны в самолет поднялись уже они. Первый экипаж.
Снаряжение охраны пришлось оставить в проходах, в самолете было тесно – Волынцев не мог припомнить, возили ли они когда-нибудь столько народа? Его Величеству предлагали отложить визит хотя бы на несколько дней, но Государь счел это трусостью. Впрочем, это все равно ничего бы не изменило, ибо враг был внутри. Враг даже не знал о том, что он враг.
Полковник Волынцев привычно занял свое кресло, пристегнулся. Необъяснимая злость жгучей волной подкатывала к горлу…
– Контроль проведу? – с привычной легкостью в голосе спросил Тертышных.
– Сиди! – резко оборвал его Волынцев. – Сам сделаю!
Сказано это было так резко и с такой неприязнью, что на него удивленно обернулся Бортников. Но он решил, что Тертышных провинился своим опозданием, а командир на что-то разозлен, и молодой майор просто «попал под горячую руку». Не сделал выводов и сам Тертышных – он знал, что виноват и подставил экипаж.
Достав «Библию» [25] , Волынцев начал по внутренней связи зачитывать ее, ставя галочки у каждого выполненного пункта. Некоторые командиры экипажей по лени и самонадеянности сокращали предполетный контроль, а то и вовсе его не проводили, но в Особой авиаэскадрилье это немыслимо. По объективке [26] поймают – штаны спустят.
Прикончили «Библию», один за другим запустили все четыре двигателя. Стоявший перед самолетом техник показал – можно. Все в норме.
– Башня, я ВВС-1. Предполетный контроль прошел. Двигатели запущены. Прошу разрешения начать рулежку.
– ВВС-1, я Башня. Разрешаю рулежку, полоса два свободна, сектор взлета чист. Ветер в левый борт, пять-семь метров. Погода по метеокарте, изменений нет.
– Принято, начинаю рулежку.
Обычно полковник Волынцев доверял Тертышному – он хорошо к нему относился, готовил его себе на смену и не упускал возможности потренировать майора, вмешиваясь только тогда, когда это и в самом деле было необходимо.
Сейчас он сам выполнил все предполетные процедуры, сам провел всю процедуру взлета. Мастерство никуда не делось – ВВС-1 филигранно оторвался от земли и ушел в не по-питерски синее чистое небо. До катастрофы оставалось чуть более трех часов.