— Тамъ человкъ совсмъ умираетъ! поскорй какъ можно къ нему, графъ! крикнулъ Угренокъ.
Гуго поспшилъ къ умирающему.
— Узнаете вы меня, графъ? сказалъ ему честный слуга: это я имлъ честь нести съ вашей милостью, когда вы переодлись въ ливрею, портшезъ принцессы Маміани, помните, въ тотъ день?…
— Совершенно такъ! перебилъ Коклико. Графъ, быть можетъ, думалъ когда о другомъ, но явиллъ прекрасно, что было у меня передъ глазами… Поэтому, любезный, пропускай подробности… и ступай прямо къ цли…
Въ нсколькихъ словахъ несчастный Паскалино разсказалъ Гуго обо всемъ, что съ нимъ случилось. Когда дошло дло до дуэли его съ человкомъ, котораго онъ встртилъ у воротъ Меца, Коклико вскрикнулъ:
— Высокій, худой, съ сдиной, на голов шляпа съ краснымъ перомъ?
— И въ бархатномъ колет, а сверху него — кираса изъ буйволовой кожи…
— Это мой испанецъ, дон-Манрико!
— А моего звали Бартоломео Малатеста и онъ уврялъ, что онъ итальянецъ…
— Два имени у одного и того же бездльника!… И это онъ то такъ славно тебя отдлалъ, мой бдный другъ?
Паскалино кивнулъ головой и разсказалъ, какъ у него отняли письмо принцессы, когда онъ упалъ.
— Но разбойникъ не зналъ, что принцесса передала мн еще и на словахъ содержаніе этого письма, продолжалъ онъ… Я увренъ, что еслибъ онъ замтилъ во мн малйшій признакъ жизни, онъ бы распоролъ мн животъ… Никогда не забуду его злодйской рожи, когда онъ читалъ это письмо принцессы…
Потомъ Паскалино провелъ рукой по лбу, стараясь получше все припомнить, и продолжалъ:
— Да, принцесса умоляетъ васъ хать какъ можно скорй въ Зальцбургъ, на дорог въ Вну… Графиня де Монлюсонъ, у которой я видлъ вашу милость въ Мельер, тоже ухала съ намреніемъ добраться до Венгріи, какъ полагаютъ, а графъ де Шиври похалъ по той же самой дорог… Ей грозитъ большая опасность… принцесса надется, что вы спасете ее.
Гуго обмнялся взглядомъ съ Коклико.
— А данное вамъ порученіе? сказалъ послдній.
— А мое Золотое Руно? графъ де Колиньи все узнаетъ и самъ ршитъ, что мн длать.
Паскалино потянулъ Монтестрюка за рукавъ и сказалъ ему:
— Если я не выздоровю, позаботьтесь, ради Бога, о Хло….У меня сердце разрывается, когда вспомню объ ожидающемъ ея гор… Честная двочка любила только меня одного съ прошлаго года и мы хотли обвнчаться ныншнимъ лтомъ!…
— Гм! произнесъ Коклико… любовника еще можно найдти, но мужа!…. Ну, мы однако поищемъ…. А пока спи себ и не тревожься ни объ чемъ…
Паскалино улыбнулся и закрылъ глаза, какъ будто ему въ самомъ дл хотлось поспать подольше.
— Съ тобой вмст мы носили ремень, сказалъ Коклико, вздохнувъ; когда-нибудь и мн будетъ, можетъ быть, такая-жь участь, какъ теб теперь!
Монтестрюкъ поспшилъ къ графу де Колиньи и разсказалъ ему все, что узналъ.
— Очень некстати все это, сказалъ графъ, но честь налагаетъ на васъ обязанность скакать куда нужнй. Если все обойдется, какъ я надюсь, — у васъ все-таки будетъ довольно времени, чтобы пріхать раньше меня въ Вну и въ Венгрію и собрать вс нужныя свднія къ моему прізду… А если нтъ, то посвятите себя совсмъ графин де Монлюсонъ и кром нея, ни о чемъ не думайте. Дла короля не пропадутъ оттого, что въ его арміи будетъ однимъ храбрымъ офицеромъ меньше, а честь и спокойствіе графини де Монлюсонъ могутъ подвергнуться большой опасности, если вы не поспшите къ ней на помощь.
— А я клянусь вамъ, вскричалъ Гуго, что ворочусь къ вамъ тотчасъ же, какъ свезу въ безопасное мсто графиню де Монлюсонъ, которая будетъ со временемъ графиней де Шаржполь, если Господу Богу угодно.
Колиньи далъ ему открытый листъ, въ которомъ просилъ вс власти городовъ и областей, зависящихъ отъ Германской имперіи, оказывать помощь и содйствіе графу де Монтестрюку, отправленному по дламъ службы его величества короля французскаго, и, обнявъ его еще разъ, сказалъ:
— Ну, теперь ступай скорй съ Богомъ, увидимся у Турокъ!
Вечеромъ того же самаго дня, въ который встртился Монтестрюкъ съ дон-Манрикомъ, Паскалино былъ раненъ на дуэли съ Бартоломео Малатестой, а маркизъ де Сент-Эллисъ пришелъ въ ярость отъ предательскаго разсказа, въ которомъ ложь такъ искусно перемшана была съ правдой, капитанъ д'Арпальеръ и Карпилло съ одной стороны, Гуго, Коклико, Кадуръ и Угренокъ съ другой, а маркизъ съ исправно-вооруженнымъ лакеемъ съ третьей, выхали изъ Меца въ разные часы и вс направились къ Зальцбургу, каждый по такой дорог, которая казалась ему короче и врнй, между тмъ какъ графъ де Шиври и кавалеръ де Лудеакъ тоже гнались по слдамъ графини де Монлюсонъ, за которой хала и принцесса Маміани. Вотъ сколько живыхъ стрлъ летло къ одной и той же цли!
