— Я-то? я бы никого не сталъ дожидаться, а постарался бы перебраться на ту сторону этой стны, чтобъ сберечь мужа для герцогини д'Авраншъ.
— А ты думаешь, что она очень этому будетъ рада? отвчалъ Гуго, вздохнувъ при этомъ имени.
— Герцогиня — особа со вкусомъ; она очень бы разсердилась на васъ, еслибъ вы дали себя убить и даже никогда бы вамъ этого не простила… А если напротивъ, изъ любви къ ней, вы будете заботиться о своемъ здоровьи, она ничего не пожалетъ, чтобъ васъ наградить за это… Ползайте-ка на меня, какъ ползли бы на дерево; сотню разъ мы съ вами продлывали эту самую штуку въ Тестер, добираясь до птичьихъ гнздъ или до яблоковъ; а теперь поставьте ноги мн на плечи, помогайте себ руками и однимъ скачкомъ попадете какъ разъ на самый гребень стны.
— А ты же какъ? спросилъ Гуго, продлавши въ точности все, что совтовалъ Коклико.
— О! я-то?… не бойтесь! у меня есть своя мысль. Еще не въ эту ночь меня поймаютъ!… Добрались?
— Добрался, отвчалъ Гуго, сидя верхомъ на стн.
— Ну, графъ! теперь прыгайте внизъ.
— А ты же? бги хоть скорй!..
Въ ту минуту, какъ Коклико пускался бжать дальше, держась поближе къ стн, Гуго замтилъ вдали свтъ факеловъ, отъ гнавшагося за ними отряда полиціи; шумъ голосовъ доходилъ уже къ нему. Онъ пустилъ руки и упалъ безъ шума на мелкій песокъ аллеи. Прежде всего онъ осмотрлся кругомъ. Всюду — мертвая тишина; только втеръ шумлъ голыми втками. Подумавъ съ минуту, онъ вступилъ въ пустынную аллею, перешелъ черезъ лужайку, по середин которой тихо журчалъ прозрачный фонтанъ, и вдали, въ смутной тни, за террассой, на которой стояли на мраморныхъ подножьяхъ блые призраки нсколькихъ статуй, увидлъ величественную массу отеля, широкій фасадъ котораго и крыльцо съ двойнымъ всходомъ слабо выдлялись изъ мрака.
— Чортъ возьми! сказалъ онъ себ, я какъ будто узнаю этотъ отель.
Онъ вошелъ въ скрытую аллею, которая вела прямо къ террасс; не прошелъ онъ еще и половины этой аллеи, какъ увидлъ, что на встрчу ему идетъ женщина въ свтломъ плать, раздвигая втки и ступая не слышными шагами, какъ ящерица въ трав.
— Это вы, Паскалино? спросила она слегка дрожащимъ голоскомъ.
— Не знаю, я-ли Паскалино, но знаю хорошо, что васъ мн нужно, чтобъ выбраться отсюда, отвчалъ Монтестрюкъ.
Незнакомка слабо вскрикнула и пустилась бжать. Въ три прыжка Гуго догналъ ее и принялъ въ свои объятія полубезчувственную отъ страха.
— Ахъ! я умираю! прошептала она.
— Нтъ еще! сказалъ онъ, цлуя ее въ шею.
Незнакомка очнулась и, смягчаясь, продолжала:
— А я приняла было васъ за вора… какъ легко можно иногда ошибиться!
Она поглядла на него съ боку, желая разсмотрть въ темнот лицо и усы, коснувшіеся ея шеи. Не совсмъ еще прійдя въ себя, она опиралась на его руку.
— Гд я? спросилъ Гуго.
— У принцессы Маміани.
— У принцессы Маміани!… Ты просто очаровательна, а если хочешь доказательствъ, то вотъ они.
И онъ опять поцловалъ ее, но на этотъ разъ уже въ об щеки. Субретка скорчила скромную мину и прошептала, улыбаясь: — Не слдовало бы, можетъ быть, однакожъ доказывать мн это такъ близко.
— А если ты хочешь, чтобъ я пересталъ, прекрасная Хлоя, то проведи меня поскорй къ принцесс.
— Такъ вы знаете, какъ меня зовутъ? ну, теперь я понимаю, отчего сейчасъ…
— Хочешь, чтобъ я опять началъ?
— Нтъ, пожалуйста!.. Скажите мн только, кто вы такой? Гуго взялъ ее за руку и вывелъ изъ-подъ зеленаго свода аллеи.
— Посмотри-ка на меня!
— Графъ де Монтестрюкъ! воскликнула она.
— Онъ самый… что-жь, теперь ты проводишь?
Субретка отвтила легкимъ поклономъ и пошла прямо къ террасс.
— Вотъ приключеніе! говорила она. Признайтесь, однако, графъ, вдь я хорошо сдлала, что пошла сегодня вечеромъ гулять по саду.
— Я очень благодаренъ за это Паскалино.
Хлоя покраснла и, ускоривъ шаги, отперла маленькую дверь бывшимъ у нея въ карман ключомъ.
Между тмъ какъ все это происходило въ саду принцессы Маміани, Коклико полетлъ было сначала птицей, спасаясь отъ дозора; но лишь только онъ обогнулъ стну, за которою исчезъ Гуго, и оглянулся кругомъ, чтобъ ршить, куда бжать дальше, какъ вскрикнулъ отъ удивленія, узнавъ отель принцессы.
— Чортъ возьми! какъ случай-то славно распоряжается! Значитъ, мы здсь на союзной почв; ну, тутъ и останемся!
Въ эту минуту онъ увидлъ тряпичника съ плетушкой за спиной и съ фонаремъ въ рук, только что вошедшаго въ эту улицу. Онъ кинулся прямо къ нему.
— Сколько хочешь ты, пріятель, за все твое добро?
— За все?
— За все.
— Да вы, видно, лакомка! отвчалъ тряпичникъ, поставивъ плетушку на столбикъ… Три экю въ шесть ливровъ… можетъ быть, слишкомъ дорого?
— Согласенъ на три экю! Поскорй только, давай сюда казакинъ и крючекъ!
Тряпичникъ, находя сдлку выгодною, не сталъ терять времени и въ одно мгновенье снялъ свое заплатанное платье, а Коклико надлъ его поверхъ своей одежды. Въ какихъ нибудь три минуты переодванье было окончено. Тряпичникъ ушелъ, постукивая въ рук своими тремя экю, а Коклико улегся у столбика, положивъ плетушку рядомъ. Какъ разъ было пора: два солдата изъ дозора выбгали изъ-за угла.
