- Грег, - сообщил отец.
Джессика повернулась в ужасе, что он выбрал именно этот момент, чтобы доказать, что он может быть общительным. Он, конечно, был в мятой рубашке, волосы висели прядями. Уголком глаза она увидела, что Коул поднимается, и еще она увидела выражение шока о его глазах.
- Мистер Ворд!
- Как дела, Грег? - Роберт шел по ковру с протянутыми руками.
Джессика молилась, чтобы он не споткнулся и не упал.
Она взяла его за локоть:
- Папа, это Николо Каванетти.
- Кто?
- Ник. Ты помнишь Ника? - Ее голос был сдавленным в напряженным. Пряча страх, она чувствовала, как Коул смотрит на отца и не верит. Как и все, он считал, что Роберт Ворд был удачливым драматургом, разъезжающим по восточному побережью. Этот же худой и слабый человек с висящими волосами, очевидно, давно уже не бывал на Бродвее.
Коулу стоило больших усилий не показать, что он шокирован:
- Вы помните меня, мистер Ворд? Я жил в доме Каванетти.
- О! - Роберт пожал его руну. - Ник! Извини, сынок. Я без очков. Ну конечно. Ник Каванетти! - Он продолжал трясти руку Коула, глядя на него:
- Скажу, что ты вырос. Сколько тебе сейчас, Ник?
- Тридцать пять, сэр.
- Господи Иисусе! Время летит. Ты знаешь, а мне шестьдесят восемь. Я выгляжу на шестьдесят пять, Ник? - Он подошел ближе.
Джессике очень хотелось, чтобы он перестал. Отец выглядел на девяносто, и если бы Коул сказал честно, он сказал бы именно так. Но Коул лишь рассмеялся и похлопал его по руке;
- Вы прекрасно выглядите, мистер Ворд. Джессика взглянула на Коула, его взгляд был таким ошеломленным, что Джессике стало откровенно стыдно.
- А это кто? - спросил Роберт, отпуская руку Коула.
Коул продолжал смотреть на Джессику, которая упорно смотрела в сторону.
- Это врач, Люси Жирар. Люси, это отец Джессики, Роберт Ворд. - Коул положил руку на костистое плечо Роберта. - Он известный драматург.
- В самом деле, мистер Ворд? - Она пожала ему руку. - Я никогда не встречалась с драматургами.
- Никогда не слышали о "Жизни в аду"?
- Нет...
- Ну, ничего, - он улыбнулся, - возможно, она была написана еще до вашего рождения. Вы молоды, мисс Жирар.
- Папа, может быть, ты вернешься к твоему проекту?
- Проекту?
- Да, к тому, о котором ты говорил утром.
- Ах, да. - Он покорно улыбнулся. - Эта сцена... Конечно, я должен вернуться и заняться ею.
- Прежде, чем вы уйдете, мистер Ворд, - прервал его Коул, - я бы попросил вас об одолжении.
- Да?
- Я хотел бы знать, не сдадите ли вы мне в аренду дом для гостей?
- Что? - Джессика задохнулась. Коул не обратил на нее внимания:
- Если вы согласны, мистер Ворд, я хотел бы снять дом для гостей. Роберт моргнул:
- Да, сынок, но этот коттедж не использовался много лет.
- Это хорошо. Мы с Люси приведем его в порядок. Мы сделаем все, что необходимо.
Джессика встряхнула головой и пыталась поймать взгляд отца. Она не хотела, чтобы Коул так близко жил. Он смотрел на отца, но не видел, как ему плохо. Если Коул будет жить в нескольких футах, он на сможет помочь, но узнает, как серьезно положение Роберта.
- Хорошо, но я даже не знаю, где ключи, Ник.
- Мне необходимо находиться рядом с домом Каванетти. Моя мачеха привезла отца из госпиталя, и мне нужно быть рядом, а она не разрешает мне входить в их дом.
- Не разрешает?
Коул покачал головой. Потом он вынул из пиджака бумажник.
- Послушайте, мистер Ворд. Здесь тысяча долларов. Сдайте мне дом на две недели. Это все, что я прошу.
- Нет. - Джессика оттолкнула деньги, пока отец не успел их взять. Она повернулась к Коулу:
- Там слишком много работы. Я сомневаюсь, что дом может быть пригоден для жизни. Вы не захотите там остановиться.
- Возьми себя в руки, Джессика, - запротестовал Роберт. - Я не могу быть таким плохим;
Пойду поищу ключи.
- Папа!
- Для чего же нужны соседи, Джессика, если мы не будем помогать друг другу.
- Ну вот. Не так уж и плохо. - Роберт вошел в большую комнату гостевого домика и огляделся. - Джесс, здесь вообще-то неплохо.
- Пахнет плесенью, - возразила она. Она не входила в этот дом двадцать пять лет, с тех пор, как ушла мать.
Джессика старалась не вдыхать глубоко воздух в коттедже, боясь почувствовать запах духов матери. Она бросила ее и ни разу не обернулась на прошлое. К горлу Джессики подступил комок. Ей было больно находиться в коттедже.
Вошедшая вслед за ней Люси смотрела на стены:
- Должна сказать, что здесь уютно! Посмотрите на эти снимки! - Она смотрела на развешанные в беспорядке фотографии, снимки великих актеров и актрис, начиная с Мери Пикфорд и кончая Мерилин Монро. Многие из них были подписаны. - Посмотри, Коул! - взглянула она, сияя, на Роберта. - Вы знали всех этих людей, мистер Ворд?
- Некоторых. Моя жена была актрисой. Она собирала это.
- Это действительно прелестное местечко! - Люси погладила полосатый диван, потрогала испорченные стулья...
- Это все моя жена. Ее сценические друзья останавливались здесь, когда гостили у нас. - Роберт дрожащей рукой засунул ключ в карман. - Я ничего не менял здесь после ее ухода. Никогда не входил сюда.
