– Значит, тебе придется вернуться в Доунхилл, – поняла я.
Он протянул руку и взял меня за плечо.
– Да, но я хочу сделать это вместе с тобой. Вместе мы сможем все уладить.
– Как?
– Расскажу, когда придет время.
Он снова ушел от темы, и все же в нем что-то изменилось: Джулиан больше не тот безрассудный человек, с которым я столкнулась на лестнице поместья при первой встрече. Он по-прежнему сохранял свою самобытность. Так же замкнут, недосягаем и заперт в собственных тайнах, но в нем появилось что-то еще, новое самопознание. Я до сих пор не разгадала, что его беспокоит, и сейчас между нами осталась только эта единственная недоговоренность.
Что же у него было или есть такое темное, что заставляло так настойчиво хранить тайну? Я легко могу оказаться в ловушке его чар. Но вынесу ли правду? Время покажет. Все, что знаю прямо сейчас, – не хочу его потерять.
Я всегда считал, что проклят, как и мои предки. Мать постоянно об этом твердила. Мысль, что она родила ребенка с отклонениями, ей претила, а мое существование стало для нее кошмаром. Она говорила, что я погублю семью, если люди узнают, что я сделал и во что превратился. Если уж на то пошло, я думал так же – от предрассудков о психических заболеваниях избавиться нелегко. Но если раньше меня это волновало, то теперь я перестал обращать внимание на имя, которое причиняло боль. Я такой, какой есть, не только и не столько потому, что Бердвистл. Рос бы я в другой семье, мог бы получить заботу и защититься от навязчивого влияния моего «пассажира».
Мать запирала меня в подвале в темноте даже посреди зимы, она словно хотела, чтобы я сгнил среди крысиного помета. Удивляюсь, почему в итоге не позволила этому случиться. Уж точно не из сострадания. Увы, некоторые вопросы навсегда останутся без ответов. Она стыдилась меня, ведь я служил доказательством ее величайшего провала – неблагодарный, непокорный, в отличие от любимого Итана. Но разве родители не должны любить детей несмотря ни на что, даже если они не оправдали их ожиданий?
Со временем я поверил матери и стал таким, каким она меня считала. Я был ужасен, использовал людей, причинял боль брату, вместо того чтобы защищать его от своих демонов, как он защищал меня. Я постоянно старался показать себя с самой худшей стороны, испытывал терпение бедной Аннабель Фуллер – единственной женщины, которая научилась принимать мою сущность. Олив я держал подальше от своих драм потому, что люблю ее, и потому, что в долгу перед ней – по моей вине она выросла без матери.
Но теперь все иначе, теперь я смогу выйти из тени. Благодаря Амелии у меня появился шанс на искупление, и я не собираюсь тратить его впустую, разрушая все. Осталось понять, как справляться с приступами: преследующий меня темный пассажир должен исчезнуть, причем раз и навсегда. Для этого нужно окончательно вычеркнуть Итана из своей жизни. Он – осязаемое напоминание о моих слабостях. Его упреки всплывают на поверхность, как только я возвращаю себе хоть каплю ясности. Как сегодня, например. Амелия была так увлечена, что не заметила – мы были не одни в ее комнате.
Я хочу ее защитить и не могу больше откладывать, она должна все узнать. Только тогда я буду уверен, что ее любовь действительно безусловна.
Джулиан выразил желание сопровождать меня в дом Лоранди на оглашение завещания.
– Меня не было рядом во время похорон, я сожалею и в этот раз не оставлю тебя одну в такой ответственный момент.
К тому же он захотел встретиться с человеком, который заботился обо мне все эти годы. Я попыталась отговорить – мой наставник не знает о наших отношениях, и внезапное появление Джулиана в доме может разозлить Лоранди, особенно если он поймет, кто этот непрошеный гость.
Однако он не внял доводам разума, и вот мы уже в машине, которую Джулиан взял напрокат в аэропорту. Не просто машину, чтобы добраться из одной точки города в другую, а «Ауди» с двумя выхлопными трубами.
– Мы же не на раллийные гонки собираемся, – высказалась я перед посадкой.
– Альтернативы меня не воодушевили, – хмыкнул Джулиан, садясь за руль. – Видишь ли, у меня слабость к спортивным автомобилям. Даже когда едешь медленно, чувствуешь рев мотора под капотом и понимаешь, что при желании можно нажать на педаль газа и за считаные секунды разогнаться до сотни. Знакомо, принцесса?
За последние несколько дней мы словно написали «Камасутру 2.0». От воспоминаний, что Джулиан со мной делал, я мгновенно вспыхнула. Он изобретателен и необуздан, кажется, не осталось ни одного участка моего тела, где не побывал бы его язык. Сбылась моя мечта встретить мужчину, с которым можно исследовать новые горизонты. Джулиан повел меня к планетам, о существовании которых я и не подозревала.
У меня появилось желание порулить.
– Я знаю дорогу, нам даже не придется настраивать навигатор.
– Это важный день, расслабься. Позволь мне позаботиться об остальном, – отмахнулся он и выехал на трассу.
