– Тебе нет никакого дела до моего бизнеса. Ты хотел ударить меня, но при этом причинил боль Амелии.
– Я всего лишь открыл ей глаза, – я подмигнул.
– Ты не контролируешь себя, Джулиан, на этот раз ты перешел черту!
Я встал и подошел к нему. Итан так разозлился, что мне даже стало жаль его. Брат посмотрел на меня как на монстра, но на самом деле чудовище – он сам, просто еще не признает это. Вернее, пока не в состоянии принять реальность.
– Ты прекрасно знаешь, что я не могу жениться на Беатрикс.
– О, тебе и не придется, – успокоил я.
Хотя он не заслуживал моей поддержки, я не стану продолжать, Итан все еще мой брат.
– Что, черт возьми, ты задумал? – спросил он.
– Я постепенно разруливаю твои проблемы.
– Ты заказал кольцо у Тимоти Беннета, – обвинил он, ткнув в меня пальцем. – Из-за тебя я теперь в полном дерьме!
– Если бы ты не пытался обойти завещание, ничего бы этого не случилось, – я попал в точку, судя по его виноватой гримасе. – Думал, я не знаю?
Итан не ответил. Я достал из мини-бара бутылку водки и наполнил две рюмки.
– Ты повторяешь одну и ту же ошибку, Итан: недооцениваешь меня, – усмехнулся я, протягивая брату рюмку.
– Не притворяйся, что у тебя нет чувств к Амелии. Аннабель говорит, что ты одержим ею, а это значит, что скоро ты захочешь большего.
Итан выхватил у меня из рук рюмку и в несколько глотков опустошил ее.
– Например, рассказать правду?
– Ты хоть представляешь, что тогда произойдет? Грейс приняла наши условия, потому что хотела другой жизни. Амелия чиста душой, ее не интересуют деньги, и она все больше привязывается к Олив. Думаешь, она позволит ей остаться с нами, если посчитает, что мы оба представляем опасность? Она захочет защитить ее, а значит, невзирая на свои чувства, поступит правильно, причем любой ценой.
– Она сильнее, чем ты думаешь, – возразил я. – Она сможет вынести правду и даже справиться с ней.
– Ты действительно хочешь рискнуть? И ради чего, чтобы уничтожить ее? Я думал, она тебе небезразлична.
– Этого бы не случилось, если бы ты не вмешался.
– Нет, потому что ты забыл, где твое место!
Под его встревоженным взглядом я прикурил. Кроме досады из-за потери женщины, которую он полюбил, его беспокоило что-то еще, что-то глубокое, что ранило его сильнее, чем он хотел бы. Обычно я мог по его реакции понять, о чем он думает, но не в этот раз.
– Дай угадаю, кто из двух Лэньонов убедил тебя ее соблазнить, – я попытался прощупать почву, вернувшись в кресло.
Интуиция подсказывала – они что-то замышляли за моей спиной. Я скрестил ноги и ждал ответа, наполняя легкие никотином. Итан сел на кровать.
– Она мне нравится, Джулиан, – признался он. – Но я никогда не собирался удерживать ее здесь. Поэтому поначалу избегал ее. Амелия не может остаться в Доунхилле, у нее нет будущего ни с одним из нас.
– Говори за себя.
– Не поступай так с ней, Джулиан. Не впутывай ее в наши семейные тайны.
– Она должна знать правду.
– Зачем?
– Я хочу быть с ней честен.
– А что, если ты ошибаешься? Что, если так потеряешь ее навсегда?
– Я готов пойти на этот риск.
– А что, если на самом деле она хочет быть со мной?
– Что-то мне подсказывает, что после сегодняшнего вечера она будет держаться от тебя как можно дальше.
– Ты бы согласился на второе место? – подначил брат. – Как думаешь, что произойдет, когда она узнает, кто ты?
– Думаю, ей понадобится время.
Теперь опечалился я. Итан все-таки прав: могу ли я быть уверен, что чувства Амелии ко мне настоящие, а не продиктованы невозможностью быть с моим братом?
– Ты делаешь все, чтобы избавиться от меня, – Итан встал. – Если бы ты действительно любил ее, ты бы не использовал ее для достижения своих целей.
Он направился к выходу, я проводил его взглядом и бросил в спину, когда он дошел до двери:
– Ты прав.
Итан обернулся.
– Я устал от такой жизни, устал от тебя и твоих правил, но Амелию не использую. Я хочу стать лучшим мужчиной, чтобы быть с ней.
Брат вернулся ко мне и предупредил:
– Если ты не избавишь ее от страданий, об этом придется позаботиться мне.
Я прищурился и подошел к нему, оказавшись лицом к лицу с моим идеальным заклятым врагом.
– Что ты собираешься делать? – прошипел я, глядя ему прямо в глаза.
– То, что должен был сделать давным-давно.
– И что же?
– Думаю, я смогу тебя удивить, брат.
– Я буду бороться за нее.
– Тогда готовься к сражению, ибо я использую все средства и любые возможности, чтобы ее уберечь.
Возможно ли полюбить двух мужчин одновременно? Скажи это вслух – прозвучит абсурдно, неестественно, нереально. Наше сердце бьется по-разному в зависимости от ситуации. По его ритму мы многое можем понять: когда оно начинает оглушающе грохотать, значит, что-то случилось. Мы перестаем осознавать, что оно существует, только чувствуем его форму, размер, тяжесть в груди. Так происходит, когда мы влюбляемся и признаем это. Каждый наш шаг, каждое действие сопровождаются мощным биением, резонируют под кожей, как мимолетное воспоминание, как что-то сокровенное. Один-единственный удар становится не просто символом жизни, он становится признаком самой сильной эмоции в мире.
Любовь.
