Всю обратную дорогу вниз по горе Юбер шёл рядом с Джо, неся на плечах Кристину. Люди почти не разговаривали. Солдаты держались впереди, то и дело останавливаясь, чтобы деревенские их догнали. У реки все остановились передохнуть, и Джо огляделся, ища капрала. Тот сидел один, спиной ко всем, и дёргал траву под ногами. Юбер подошёл и сел рядом с ним, чтобы показать, как он умеет пищать через травинку, зажатую между большими пальцами. Капрал, похоже, был занят собственными мыслями и не проявил особенного интереса, и Юбер встал и отошёл, продолжая дуть в травинку. Джо хотелось подойти прямо к капралу и поблагодарить его. Ему хотелось всем рассказать, что тот сделал. Если бы деревенские знали то, что знал он, они бы на руках несли капрала до самой деревни. А так все тут же разбежались по своим домам, бурля от новостей об успехе. Джо прямо-таки слышал этот рассказ: о том, что дети будут за границей уже сегодня ночью, и как им повезло наверху у хижины, но в остальном-то всё прошло по плану. И разумеется, именно это дедушка сообщил маме, как только они вошли в дом.
– Стоило ему только заглянуть в это окно, – говорил он, – и всё было бы кончено. Меня мутит, как только подумаю об этом. Если бы капрал не позвал солдата именно в тот момент, только Господь знает, что бы случилось.
– Возможно, всё дело в молитве, которую Бенжамин прочитал утром, – отозвалась мама.
– Возможно, – согласился дедушка. Джо так и подмывало заговорить – приходилось держаться изо всех сил. То, что сделал капрал, он сделал ради него, Джо. Это было личное, только для них двоих, – о таком нельзя было никому рассказать.
Деревня всегда казалась опустевшей и гулкой в первое утро после отгона скота на летние пастбища, и ещё печальной, но, когда Джо пришёл в школу, настроение там царило праздничное. Всем и каждому было сказано, по многу раз, никогда не разговаривать о побеге, никогда даже не упоминать о нём, но всё равно все собирались кучками по углам и заново переживали вчерашнее приключение. Джо, однако, было неспокойно, и на то у него имелись веские причины. С рассвета они ожидали весточки, что дети благополучно переправлены в Испанию, – так уговорились. Вдова Оркада должна была дать им знать, как только вернётся Бенжамин. Но никакой весточки не приходило. «Нет новостей – уже хорошие новости», – повторял дедушка: «Как-то уж слишком часто», – подумал Джо.
Весь первый урок в то утро Джо выглядывал в окно и старался убедить себя, что ничего не могло сорваться. В конце-то концов, что может случиться между хижиной и границей? «Так близко к границе, что до Испании доплюнуть можно» – так всегда говорил дедушка. Джо сжал в кармане ферзя и на секунду закрыл глаза. Он пытался молиться, но не мог, старался изгнать из головы худшие страхи, но это тоже не удавалось. Ночь выдалась кромешно-тёмная – идеальная. С ними был папа, чтобы проводить через границу. Они не могли заблудиться. Они бы пошли по тихому пути – по траве, а не по осыпям. Кто-то наверняка ждал их на той стороне, чтобы увести детей в Испанию. Папа с Бенжамином должны были вернуться в хижину самое позднее к полуночи – папа сказал так. Они собирались отдохнуть часок-другой перед спуском, и папа проводил бы Бенжамина до реки, а дальше отправил одного к вдове Оркада. Ничто не могло сорваться. Боже, пожалуйста, пожалуйста.
– Джо? – К его парте шёл месье Ода. – По-моему, ты сегодня утром не совсем с нами, Джо. Если ты хоть один раз насладился видом из этого окна, то, считай, видел его тысячу раз. Теперь, хотя я знаю, что ты от природы не математик…
Дверь распахнулась, и ввалился Юбер. Он разевал рот, изо всех сил пытаясь сказать что-то понятное, но только кряхтел и бешено мотал головой.
– Все оставайтесь на местах, – велел месье Ода. – Я вернусь через минуту. – Но Джо вылетел в дверь раньше него. Юбер схватил его за руку и потащил бегом на Площадь. Джо ожидал, что там уже стоит толпа детишек из пещеры, но Площадь была пуста. В каждом окне виднелись лица, и на улице стояли люди, вытягивая шеи, чтобы увидеть, что там происходит. Джо хотел побежать туда, но чья-то твёрдая рука удержала его. Рядом стоял месье Ода, и все школьники толпились позади него. Мадам Суле вышла из булочной, вытирая руки о передник, и Джо увидел, как она взглянула вверх по улице и тут же бросилась в дом и захлопнула дверь. Через секунду её бледное лицо появилось в окне. Теперь и Джо видел то же, что она.
