— О, вот прекрасная мысль; пожалуй, приглашу-ка я их к обеду, чтобы подыскать работу нашему соседу! Эдакий торжественный обед, посвященный трудоустройству! Но прежде я должна сводить его в магазин, чтобы он купил себе костюм и туфли: нельзя же найти достойную работу, явившись на собеседование в трениках и пластиковых шлепанцах! — объявила она, вслед за чем превратила нашу кровать в батут. Резвые прыжки, аплодисменты, эйфория. И это в лучшем случае…
Со времени нашего бурного знакомства она неизменно с очаровательным лукавством делала вид, будто знать ничего не знает о реальной действительности. На всякий случай я притворялся, будто думаю, что она делает это нарочно, уж больно естественно это у нее выходило. После бурной сцены у бассейна мы с ней сбежали из палаццо, оставив позади наш розыгрыш, возмущенных гостей и злополучную, едва не утонувшую мегеру.
Всю ночь мы мчались в автомобиле неведомо куда, с восторгом вспоминали, как она бултыхалась в воде, пуская пузыри, и задыхались от сумасшедшего хохота.
— Езжайте побыстрее, иначе ваши бредни нас догонят! — вопила она, стоя с раскинутыми руками в открытой машине.
— Не могу, спидометр уже на верхнем пределе, а бак на самом нижнем. Если будем продолжать в том же духе, разобьемся о ваше сумасбродство!
На подъезде к Параду в самом сердце Малых Альп[18] машина затряслась как припадочная, словно взывала к нашему милосердию, а потом безнадежно заглохла перед часовней с ветхими красными дверями, еле державшимися на заржавленных петлях.
— А давайте поженимся прямо сейчас, не то потом забудем! — воскликнула она, перепрыгнув через дверцу машины с трогательно неловкой, но гордой грацией.
И мы поженились — без свидетелей, без священника, пробормотав множество молитв, изобретенных тут же, на месте. Стоя перед алтарем, мы пели, и пели отлично, хлопая в ладоши ритмично, как на свадьбах американских чернокожих, даром что на нас не похожих. А затем, выйдя на крыльцо, стали танцевать под открытым небом, слушая автомобильный транзистор, из которого лилась прекрасная песня Нины Симон, — песня, которая и доселе звучит в нашем доме в любое время дня и в любой сезон.
