Он положил на стол пожелтевший пергамент, и братья столпились вокруг него, как вороны возле трупа. На документе было выведено много красивых букв, которые несомненно могли принадлежать перу верховного настоятеля. Вот только беда заключалась в том, что никто из братьев, даже умный Тат, не умел читать, а потому им пришлось поверить Герину на слово. Ведь кто будет тратить монеты на дорогие чернила, пергамент и восковые печатные оттиски просто так? Здесь определенно не может обмана…
Ванесса ва Риккод, дворянка по крови и образу жизни, искренне считала, что в этом мире ей все должны. Уже хотя бы за то, что она улыбается прохожим, а не кривит нос от их вони; ходит в храм, где подает слепым и увечным, хоть и дурню ясно, что им просто лень работать; поддерживает своей монетой лучших портных, парфюмеров и ювелиров, а так же регулярно помогает брату искать расположение сильных мира сего, в том числе и храмовников. Этих девушка не особо жаловала, но испытывала к слугам Эркалота странную тягу. Впрочем, как и ко всем, кто был наделен могуществом. Власть — вот что интересовало Ванессу ва Рикорд больше всего на свете, а потому она тянулась к тем людям, кто был ею облечен.
Беда заключалась в том, что в Арсдане, этой жалкой провинции, необходимых людей попросту невозможно было сыскать. Кто представлял хоть какой-то интерес, как правило уже были связаны узами брака, а остальные попросту не были достойны не то, что ее тела, а даже короткого вздоха! В Сантатем же, столицу столиц, где улицы полнились театрами, дорогими лавками и гостиницами, Ванесса отправиться не могла. Ее уже запланированная поезда внезапно оборвалась из-за того, что храмовники ввели военное положение.
Конечно, она понимала, что еретиков надо ловить и жечь, и была всей душей «за», но… но почему в таком случае должны страдать честные люди?! Разве верховный настоятель Кариддо не знает, что в Сантатеме скоро состоится грандиозный праздник Света, куда она ни за что не попадает, если не выедет в ближайшее время?..
Одна надежда на брата, подумалось девушке. Ее красивое лицо было по обыкновению угрюмым: она никогда не заставляла себя улыбаться, когда находилась наедине сама с собой. Сейчас был как раз один из таких случаев. Девушка ехала в своем личном экипаже, полная горестных дум, и не могла представить, что ей делать дальше. На воротах от нее потребовали бумаги на выезд, в которых должна была стоять печать как минимум рыцаря-коммандера.
Но повстречаться с Даркстом не удалось. Девушку просто не пропустили к храмовнику, сказав, что тот чрезвычайно занят. И это притом, что она носит знатную фамилию, а ее родословная насчитывает несколько славных поколений! Храмовник не имел права игнорировать ее! Ладно бы просто отказал, но он ведь даже не вышел ее встретить! Секретаря отправил!
Ничего, брат ему еще задаст. Он всегда знает к кому обращаться в подобных случаях и результат не заставляет долго ждать. Карл применит свои связи, и она, Ванесса, обязательно попадет на праздник Света! Это же такое событие! Уже и платье приго…
Ванесса не успела завершить свою мысль, так как карета неожиданно затормозила. Как заржали кони она услышала лишь мельком, летя всем телом вперед, врезаясь головой в перегородку. Удар показался излишне болезненным, а когда на своих руках девушка увидела кровь, ее глаза широко раскрылись. Ее нос. Ее прекрасный нос! О Господи!
— Ааааа-аа, — с яростью и отчаянием Ванесса сжала кулаки, проклиная бестолкового кучера. Она знала, что у того семья и четверо детей, но поклялась себе, что сегодня же не только прогонит, но еще и прикажет хорошенько его выпороть. Заставит вытерпеть всю ту боль, что он причинил ей этой внезапной остановкой. Десять… нет, двадцать плетей! И никак иначе.
Подобрав юбки ва Риккод ухватилась за ручку, совершенно забыв, что истинная леди должна сидеть на месте пока дверцу не отопрут за нее другие, подавая попутно руку. Плевать! Сейчас она была слишком взвинчена, чтобы думать о манерах. Она желала знать о причинах внезапной остановки. Если под копыта лошадей опять бросился какой-то голодранец, то она прикажет и его выпороть! А если тот не выжил, то гнев падет на его близких!
Но все мысли о сладкой мести покинули Ванессу, когда она оказалась лицом к лицу с грязным и невероятно вонючим субъектом, который почему-то оказался вплотную к двери кареты. Рыжебородый и косматый, он ухмылялся гнилой улыбкой и тянул к ней руки. Позабыв о своем гневе, девушка испугано вскрикнула и отпрянула назад, в богато обшитый тканью салон.
— Куды?! — взревел нежданный визитер и бросился вслед за Ванессой. Увидев такое, дворянка заорала еще пуще, начав лягаться. Но от сильных рук и неуемного запала деться было некуда. — Охо, какая чистенькая. Прямо как люблю. И пахнешь! Подь сюды, курва!
