— Есть еще борщевик? Дай.
В результате все собранные стебли перекочевали в рот Дикого.
— Мне пора.
— Нет. Стой. Они не знают о тебе?
Я снова вернулась к клетке.
— Знают. Я нулевка. Йота-уровень.
Он засмеялся каркающим смехом.
— Идиоты!
— Это магия?
— Да. И как только ты выдашь себя — сядешь в соседнюю клетку.
— Не выдам. Я не контролирую свои приступы. И не умею управлять магией.
— Тебе нужна руна.
— Что?.. Какая?
Неужели Дикий об особом аркане для белых теней? О которых писала в дневнике Нина?
— Придешь завтра. Принесешь еды и воды. Я покажу тебе руну.
Он закрыл глаза и замер. Постояв еще минуту, я поняла, что Дикий просто заснул. Я развернулась и пошла прочь из подвала. Если пленник думает, что я вернусь, то очень сильно ошибается!
Остаток ночи я проспала сном младенца. С силой, влившейся от сбора трав, все снова пришло в норму. Ну, кроме Рипли.
— Ты пропустила завтрак, — буркнул он, отодвигая меня и проходя внутрь.
— Проспала. Тебе то что?
— Завтра испытания.
— Завтра?!
— Я говорил тебе. Сегодня день прививок.
— Чего-о-о?
Он хмыкнул:
— Я думал, дочь аптекаря знает, что такое прививки.
— Я знаю. Но… Зачем прививки перед испытанием?
— От бешенства, от столбняка, от холеры и от кучи другой дряни, которая может в тебя попасть на арене с укусом, прокалыванием, рассечением, попаданием в желудок твари.
Меня передернуло.
— Как дочь аптекаря, я должна тебя предупредить, что если монстр тебя проглотит — прививка уже не поможет.
Это была шутка, но Рипли не засмеялся, он наоборот посерьезнел и подошел ко мне ближе, заставляя поднять лицо, чтобы видеть его темнеющие (с чего бы?) глаза.
— Все зависит, как тебя монстр глотает, кусками или целиком, Ан-на…
И ответа от меня не требовалось, по крайней мере словесного. Я отвечала на поцелуй Рипли, но теперь по-другому, и он это чувствовал, прижимая меня к себе теснее.
Боги, и зачем он меня "бережет", если определенно хочет взять? Неужели верит, что я ему полезна? Или боится, что после близости я потеряю к нему интерес? Или он охладеет?
— Надевай форму, а броню отправь на чистку. Завтра она должна быть безупречной.
Меня проводили в одиночную палату, объяснив, что в состязаниях участвуют преимущественно мужчины и их положили в отдельные палаты по несколько человек. То что я оказалась единственной девушкой смутило настолько, что не зацепило внимание, зачем для прививок выделять койки. Мы с отцом часто прививали горожан. То от малярии, то от заморского вируса, но все проводилось без госпитализации. Да и не лекари мы, а всего лишь аптекари.
Меня уложили в постель, у столика на подносе под марлей лежало несколько шприцов. Несколько прививок враз мне еще не делали, и я не делала. А еще не помнила, можно ли делать столько прививок одновременно.
— Тебе не о чем беспокоиться, Анна. Это обычная процедура перед состязанием. Мы проводим ее всем участникам. Сейчас выпей из этого стакана и полежи некоторое время с закрытыми глазами. Успокойся, расслабься.
Я приподнялась на локте, взяла стакан с мутным отваром и сразу же почувствовала специфический запах сон-травы.
— Но я же с этого усну!
Лекарь оказалась удивлена:
— О! Да, верно. Но так будет лучше. За сутки твой организм сосредоточится на выработку иммунитета, не расходуя силы на обычную жизнедеятельность. Доверься нам — пей.
И я доверилась. А разве у меня был выбор?
Сквозь тяжелый, вязкий сон я слышала голос Дикого. Он звал меня, напоминал об обещании. Сулил руну, которая сделает меня сильной. Но даже во сне я не могла добраться до подвала и принести ему еды. Я и не собиралась, но проснувшись утром, очень пожалела, что осталась без помощи Дикого и без руны собственные силы.
— Как себя чувствуешь?
— Очень голодной, — призналась я, позволяя проверить температуру, горло, глаза и остальное.
— Участников не кормят, но у меня есть для тебя бодрящий напиток. Готова?
— Нет, — честно призналась я.
Лекарь засмеялась, протягивая мне полный стакан сока кровянки. Я сморщилась. Знала я свойства этой травы. С такого стакана весь день бегать буду как в жопу ужаленная, зато потом дня три отходняк и бессилие.
— А я могу отказаться?
— Нет. Все участники…
— Традиционно пьют эту гадость, — закончила я за нее.
— Ты сама все знаешь! Пей и беги в оружейную. Я буду болеть за вашу команду. Рипли — божественен!
— Ну да…
И все же я вылила стакан в кадку цветка, как только лекарь отвернулась. Если уж я рискую своей задницей, то хочу делать это со всей ответственностью, а не на кураже безрассудности.
Меня отпустили из палаты, и я тут же столкнулась с Наком. Зрачки того были неимоверно расширены, а его бомбило от энергии, даже хотелось позавидовать.
— Что, Возник, готова начистить морды монстрам?
— Угу, — уныло отозвалась я, оглядываясь по сторонам, пока шла к оружейной. — Ты сам-то не боишься, что это монстры нам начистят?
— Чего? Ха-ха-ха! Да я их одной левой!..
Теперь меня всерьез пугало состояние участников. Если они все выходят на арену под действием адреналина, то у них напрочь отсутствуют инстинкты самосохранения.
— Будет зрелищно! Все обожают испытания. Делают ставки! Угадай на кого я поставил?
Я закатила глаза:
