Афганские женщины привыкают к ношению хиджабов, никабов, бурок и паранджей с детства. Для маленьких мальчиков это столь же привычная вещь в их мире. Бурка здесь – самая распространённая и уважаемая одежда. Ещё в до-талибские времена этот предмет считался признаком статуса – ведь если женщина носит бурку, значит, она не работает, а в семье есть обеспеченный муж. Ныне же это стало не только почётным, но и рекомендуемым вариантом. Афганцы – народ глубоко верующий, практикующий ислам. Здесь мужчина в шортах с голым животом или женщина с распущенными волосами будет производить тот же эффект, что для жителя Запада голый или справляющий нужду человек посреди улицы. Ислам крайне осторожен в вопросах сексуальности, страсти и вожделения и разрешает проявлять их только в пределах конкретных отношений.
Разговоры о якобы «запрете образования женщинам» кажутся смешными, когда видишь афганских девочек в школьной форме в стране, где все знают аль-Фатиху, но по разным оценкам от трети до двух третей населения неграмотны. Слышали ли вы когда-нибудь, чтобы Запад скорбел о неграмотности афганских мужчин?..
Всё, что рассказывает Юсуф, кажется мне настолько интересным, что я напрочь забываю о «заминированной дороге». Она внезапно заканчивается, и мы благополучно добираемся до крупных ворот.
Семья Юсуфа
Жена Юсуфа – русская, она стала вдовой после того, как её муж, друг Юсуфа, погиб в боях за свободу Афганистана. Юсуф «взял» вдову товарища с двумя детьми. Старшей девочке скоро исполнится 10, она по-прежнему считается ребёнком и может заходить в комнату, где мы разговариваем, в одном лишь платке и платье. Она с энтузиазмом заботится о том, чтобы у нас были чай и закуски, а мы продолжаем беседу.
От темы статуса и обязанностей женщин мы переходим к разговорам о боях за освобождение, в которых мой собеседник участвовал много лет, начиная ещё с времён, когда талибы были партизанским движением, собирались на конкретные операции и контролировали лишь горы и дальние ущелья.
Ночной десант
– Слыхал о ночном десанте? – спрашивает хозяин, разливая чай.
– Нет… Что это?
– Это наихудший ужас войны, в который мог попасть человек. Мне самому пришлось всё это пережить, я знаю, о чём говорю, а не просто слышал об этом.
Я начинаю записывать его рассказ на телефон:
– Традиция «ночных десантов» у врага появилась давно. После 2001 года, когда в страну вторгся агрессор, Исламский Эмират Афганистан был повержен и практически уничтожен. Два-три года по всей стране царила тишина – не слышно было ни одного выстрела. Затем талибы объявили о перегруппировке и начали понемногу боевые операции. Сначала это были единичные миномётные залпы. Янки установили в горах сенсоры для фиксации взрывов, передающие данные спутнику, и вызывали на те места бомбардировщики. Однако это мало помогало, и талибы постепенно брали под контроль удалённые районы. Тогда-то и начались «ночные десанты», которые поначалу могли длиться сутки, но позже стали ограничиваться четырьмя часами. Обычно нас заранее предупреждали «свои люди» на аэродроме, где базировались вертолёты «Чинук», и мы понимали: значит, сегодня ночью где-то рядом всё и произойдёт. Если днём над твоим домом туда-сюда летал дрон, это тоже явный сигнал: стоит задуматься, ночевать ли дома. После вечерней молитвы «магриб» дрон, который следил за тобой, мог смениться самолётом C-130, он начинал круги над той же зоной. При наличии ночного видения можно точно установить точку, куда планируется удар, так как с борта C-130 туда бьёт луч инфракрасного света. Если луч не на тебя, можно спать спокойно. Но приборы ночного видения, хоть и не слишком дорогие, большинству не по карману, так что предвестники рейда всегда порождали тревогу во многих домах. Около 22:30 прилетают «Апачи», курсируют крест-накрест по округе, чтобы никто не понял, где именно будет десант. Потом приземляются «Чинуки» возле дома, и из них быстро выбегают «броневики-человеки». C-130 и «Апачи» всё это время страхуют с воздуха, чтобы, если десант попал в засаду, удар с воздуха мгновенно уничтожил засевших талибов. После окружения «целевого дома» жителям предлагают выйти и сдаться. Раньше они ломились внутрь, но двери начали минировать, и после больших потерь враг эту практику прекратил. Теперь, если люди не выходят, коммандос подрывают двери, стреляют в окна и начинают обыск. Если из дома раздаётся хоть один выстрел, десант сразу отходит и C-130 сносит дом до основания.
C-130, имея 105-мм пушку, бьёт с 300-метровой высоты точно по «мыши», сам понимаешь… Если не готов погибнуть в последнем бою, лучше покинуть место заранее. На всю операцию им давалось ровно четыре часа. В последние 10 лет «ночной десант» таким и был.
Я спрашиваю:
– Это были янки?