Из мебели в доме только ковёр, на который стелят простыню, кладут подушку и одеяло. Сегодня ночью я буду спать «по-афгански». Глаза слипаются, и я засыпаю едва успев растянуться на полу, хотя вопросов к гостеприимному хозяину у меня ещё великое множество..
Кундуз
Меня захотел встретить ещё один «очень большой и уважаемый человек», и ранним утром, после зелёного чая с иранскими и росийскими конфетами, мы едем в Кундуз. Теперь у меня появится возможность увидеть этот город, о котором ранее я слышал только в новостях.
Юсуф увлечённо рассказывает о местной жизни. Чувствуется, что он соскучился по возможности обменяться мыслями с кем-то, выросшим в родственной культуре. Я стараюсь слушать и запоминать, записывать на диктофон и делать заметки. Проезжая мост через одну из местных рек, Юсуф указывает на людей, стоящих по пояс в воде.
– Видишь, эти люди – продавцы песка.
– Кому здесь нужно покупать песок? – удивляюсь, ведь вокруг, как мне кажется, и так полно песка.
– Его используют в строительстве. То что ты видищ вокруг одна сплошная глина. Земля целиком из глинистого грунта. Если ударить по ней топором, раздаётся звон! Представь, круглый год, даже зимой, люди целыми днями стоят по пояс в воде, промывая из неё песок за 250 афгани в день (чуть меньше 3 евро)!
У меня, конечно, мурашки пробегают по коже, и я начинаю лучше понимать здешнюю повседневную борьбу за выжываеммость, котрая является ростым бытом. Мы едем дальше, останавливаемся на блокпостах и опять двигаемся вперёд.
Каждый встреченный человек одаривает меня взглядом, полным любопытства, а иногда и ужаса:
– Саламу алейкум!
– Валейкум ассалам!
Юсуф доводит меня обратно к джамаату, и я чувствую, что новые друзья стараются «спрятать» меня в машине.
– Пожалуйста, ни с кем не разговаривай! – через Хамзу обращается ко мне эмир.
– Здесь полно врагов, для которых ты – желанная цель, и ты очень выделяешься, – поясняет Хамза.
– Но я же сразу говорил, что мне нужно одется в местную одежду! – восклицаю я, поскольку изначально цель поездки, не ставилась – «быть мишенью» для очередного боевика Даеш.
– Да, мы поедем в город и купим тебе нормальную одежду!
Благодаря скорости и манёврам Садиха вскоре я в центре Кундуза и могу рассмотреть город, о котором прежде так много слышал в новостях. Здесь находится одна из крупнейших военных баз с аэродромом, но сам город меньше Кандагара, Герата и даже Мазари-Шарифа, хотя всё же является значимым центром Афганистана.
Главный перекрёсток центральной улицы кишит магазинами и торговцами, продаётся всё, от продуктов до автоматов. Оружие здесь – часть обычной повседневности, но если хочется «пострелять в своё удовольствие», лучше заранее предупредить местную администрацию. Любой выстрел сразу привлекает внимание талибов и вызывает проверку. Сейчас самое важное – безопасность и спокойствие людей. Пистолет в кармане может иметь каждый, но с ним вас не пустят ни в одно учреждение. Есть места, где оружия нет ни у кого, например в аэропорту. Входя на его территорию, оружие сдают даже талибы. На улице с автоматом встретятся лишь талибы, ведь здесь с винтовкой ходят только те, у кого есть на то веская причина. Таков общий обычай (неписаный закон).
Когда талибы начали свой легендарный путь к победе, первые два «калашникова» пришлось приобретать по астрономической на те времена цене – около 30 000 долларов за каждый. Сегодня цены на оружие сильно упали.
Теперь автомат Калашникова можно купить за 800–1500 долларов – в зависимости от версии и состояния. Самыми ценными считаются советские и российские экземпляры, а «чешские» имеют более скромную репутацию. М16 A4 дешевле, около 700 долларов, но модель A2 можно найти и за 400.
В топе пистолетов – «made in USA» (новые модели Beretta) по цене до 700 долларов, но популярные здесь CZ75/85 будут стоить даже дороже. ПМ (Макаров) оценивают высоко, если он заводской; цена может доходить до 800 долларов, а за оригинальный советский ТТ запросят меньше 300, тогда как пакистанская подделка – 100. Юсуфов «Smith & Wesson» здесь продадут за 250–300 долларов. Это качественное и удобное оружие, которое афганцы недооценивают. Самый дорогой в этом топе – австрийский Glock, его цена может доходить до 1500 «зелёных» в местном эквиваленте. Почти бесплатными можно назвать такие «длинноствольные безделушки», как РПК, ведь «цинк» (ящик)патронов (1000 зарядов) стоит около 1000 долларов, и афганцы высоко ценят компактность оружия.